Книга От дружбы до любви, страница 58 – Амарисса Ли

Кирилл подошёл к ней во время танца, чтобы… зачем?

Несколько выпитых шотов помогают расслабиться сильнее, но не забыть, какие интимные движения совершали бёдра Кирилла. Она увидела его за столиком рядом со своим другом. Он пил что-то из стакана, слушая пьяный трёп. Улыбался и кивал головой, словно с чем-то соглашался.

Есения смотрит на него загадочным взглядом, когда он ловит её за разглядыванием. Она интуитивно прикусывает нижнюю губу и улыбается, тут же поднося ко рту очередную стопку.

И, да, она выпила достаточно.

Достаточно много.

Очень много.

Есения сидит в машине Кирилла, увеличивая громкость музыки и подпевая, пока они едут к нему домой. Электронные часы показывают почти пять часов утра, когда Дубровский паркуется возле дома. Она пьяно спотыкается о собственные ноги, тут же хватаясь за капот машины и хихикая. Определённо ясно, что последняя стопка прозрачной и горькой на вкус жидкости была лишней.

Кирилл лишь закатывает глаза и, подойдя к ней, берёт под локоть. Поддерживает вплоть до дверей. Сеня ровно стоит, спокойно дожидаясь, пока откроется дверь, чтобы задеть плечом дверной косяк и раздражённо выдохнуть. Стаскивает обувь, перехватывает сумку и поднимается по лесенкам.

В комнате свежо и приятно пахнет. Скидывает пальто с плеч, аккуратно втаскивает плечики в рукава и вешает в шкаф. Садится на кровать, пока друг (или кто?) ползёт до комнаты. Решает его не ждать, поэтому сбрасывает платье и кутается в большое полотенце, уходя в ванную. Долго и натужно смывает макияж, чистит зубы и принимает душ, чтобы смыть с себя пот и клубную атмосферу, которая уже порядком поднадоела.

Последний час был крайне размытый и трудно восприимчивый. Мимо внимания пролетали опрокинутые стопки, песни слишком быстро сменялись друг другом, а очередь в туалет была невероятно долгой.

Утомительно.

Возвращается в комнату в одном полотенце. Кирилла по-прежнему нет. Вытаскивает первую попавшуюся футболку, хихикая и натягивая через голову. Падает на постель с мокрыми волосами, получая лёгкое головокружение. Снова беспричинно хихикает, зажимая между ног одеяло и подтаскивая подушку Дубровского к носу. Дышит глубоко, понимая, что аромат заставляет отрезветь на промилле. И снова глубокий вдох, от чего мысли становятся яснее.

Возможно ли такое?

Определённо не у нормальных людей.

Зато как кайфово пахнет. Как наркотик, от которого появляется болезненная зависимость, едко оседающая в лёгких. Ей постоянно нужно подпитываться им, чтобы начать глубже и спокойнее дышать.

Он действует успокаивающе.

Когда Кирилл приходит в комнату, Сеня неподвижно лежит с прикрытыми глазами. Он стаскивает полотенце с бёдер, оставаясь в заранее надетых трусах. На душе становится приятнее, легче и нежнее от осознания, что Панова в его постели. Ложится рядом, аккуратно вытаскивая подушку из её рук.

Карие глаза тут же распахиваются, а губы изгибаются в улыбке. Кирилл устраивается поудобнее, включая телевизор и сбавляя громкость на минимум. Обзор перекрывается Сеней, которая с определённо не самой удивительной и соблазнительной грацией встаёт и садится на его бёдра. Она пьяно хихикает, упираясь ладонями в грудь.

Пытается быть кокетливой дразнилкой, заправляя непослушные влажные пряди волос за уши, и прикусывает нижнюю губу. Дубровскому нравится, но не в данной ситуации. Не сейчас, когда она выпила слишком много, и мозг явно не соображает.