Книга Красная помада и последствия, страница 64 – Елена Северная

На несколько секунд в комнате повисла тягучая тишина. Это явно была тишина перед грозой. У меня в ушах звенели все колокола мира, — это так билось сердце. Я знала, что мне надо сейчас встать и, гордо подняв подбородок, уйти. Вот немного успокоюсь, а то перед глазами всё плывёт, и пойду. Вот сейчас, ещё чуть-чуть.

Слух взорвали редкие оглушительные хлопки. Может, они были не столь громкими, на самом деле, но мне показалось, что барабанные перепонки лопнули.

— Браво, София! — Максим с некоторым покровительством взирал на белобрысую. — Должен признать: в смелости тебе не откажешь. Вот так явное продемонстрировать своё отношение к порядку!

— Ма! — Леонид хлопал длинными ресницами и поражённо смотрел на родительницу. — И ты хотела, чтобы я женился на такой эм… неряхе? Я сам, конечно, не подарок, но чтобы мои дети жили в таком …хаосе? Нет, уж лучше усиленные занятия в фитнесклубе после пельменей с пирогами, чем такое вот… убранство квартиры. Придёшь с работы и не знаешь, куда ногу поставить, чтобы не вляпаться во что-нибудь.

— Да вы всё не так поняли! — Сонька, наконец, поняла, что перегнула палку, и принялась заметать следы. — Я специально подговорила подругу, чтобы бардак в квартире сделать и вызвать эту рыжую толстуху! И снять на видео, чтобы доказать вам всем: она подлая врунья!

Девица стояла красная, зло пыхтела и сверлила меня испепеляющим взглядом. Я демонстративно подвинула к себе ещё одну тарелку, где ежами топорщились палочки с канапе, взяла один минибутерброд и медленно поместила его в рот. Если честно, то вкуса не почувствовала. Зато с удовлетворением увидела, как две, надеюсь, несостоявшиеся родственницы чуть не лопнули от злости и бессилия.

Максим молча выключил ноут, унёс его в другую комнату, а потом сказал, как ни в чём не бывало:

— Берта Самуиловна, Соня, вас подвезти или сами доберётесь?

Берта Самуиловна, кажется, окаменела. Её лицо превратилось в маску, достойную самого известного изваяния в стиле «а-ля я тут не причём». И я совсем не Медуза Горгона. Сонька же, напротив, продолжала метать гром и молнии и извергать лавы презрения ко мне, толстой брехухе с рыжими патлами. Мне даже стало их жалко. Хотя, где-то глубоко в душе, — признаюсь, очень глубоко, — расцветало чувство удовлетворения от их конфуза.

— Сами доберёмся! — процедила Берта Самуиловна, схватила возмущающуюся Соньку и потащила к двери.

— Мы ещё посмотрим! — прошипела взбешённая обломом с видео девица.

Леонид, кажется, всё ещё не мог прийти в себя от увиденного. Он молча хлопал глазами, пытаясь понять, что же всё-таки здесь произошло. Максим, наоборот, выглядел спокойным и невозмутимым, как свой выключенный ноут.

— Всё же пойду, отвезу их, чтобы уж точно не вернулись, — сказал он. — А то вдруг притаятся где-нибудь внизу и напакостят.

— Что ж, Берта и Соня решили устроить нам небольшое представление, — сказал Ветров-старший, когда за Максом закрылась дверь. — А ты, — он повернулся ко мне, — неплохо повеселилась.

Я пожала плечами и принялась доедать оставшиеся канапе. Имею право на последний аккорд гастрономического праздника.

— Господи, кошмар какой, — простонала мама братьев. Кстати, её зовут Дина Борисовна.

— Знаешь, Леонид, — сказала я, смакуя последний кусочек, — я думаю, ты должен быть мне благодарен.