Книга Личный дневник (пьяной) влюблённой провидицы, страница 98 – Алёна Май

— Можно просто Максимилиан. Или Макс, если так удобнее. Не люблю эту излишнюю официальность. Чувствую себя сразу лет на сто, — и снова меня поразила очаровательная улыбка.

— Хорошо… Максимилиан. Тогда вы…

— И можно, пожалуйста, на “ты”.

Щеки кажется порозовели от приятной неловкости и такого резкого перехода на неформальный тон.

— Тогда ты… — еле выговорила это “ты”. — Можешь звать меня Октавия. Друзья зовут меня Вита.

— Вита… — произнес он так, словно пробовал мое имя на вкус. — Мне нравится.

Что это за чувство? У меня такого еще не было. Хотелось верещать от радости. Но сдержалась и решила, что лучше переключусь на рабочие моменты. Начала тараторить как ненормальная, подоставала бумаги.

— Подожди, Вита, — резко остановил меня и я, кажется, прикусила язык. — Закажи сначала что-нибудь, иначе не поешь нормально.

“Сначала кресло, потом поцелуй, теперь предлагает покушать! Да он идеальный! Заверните!”

Подошел официант и я заказала что-то, особо не задумываясь что. Мне было все равно, и мне нужно было сосредоточиться. Когда заказ был принят я начала говорить о книге, о плане, говорила, говорила и говорила, а он просто молча смотрел и улыбался, и от его взгляда я начинала болтать еще больше.

— Прости. Я так много говорю, — осадила себя в какой-то момент.

— Ничего. Мне нравится, когда люди горят своим делом.

Это его “мне нравится” просто что-то с чем-то. Дарило мне такой заряд бодрости и энергии, что хоть сейчас смогла бы подняться на самую высокую гору. Не заметила как закусила губу. Чтобы как-то себя еще заткнуть, закинула себе в рот кусок салата в каком-то соусе и сидела жевала как кролик, уставившись в окно. Дожевав, продолжила свою презентацию.

— У тебя тут… — Максимилиан указал пальцем на уголок своих губ.

— Что? На лице что-то? — схватила салфетку и начала хаотично тереть рот. Как назло, забыла дома зеркало. Непредусмотрительно. — Всё?

— Не совсем… немного ниже.

— Тут? — пыталась понять, куда он показывает, но выходило плохо.

— Не суетись. Замри.

Максимилиан Бергман привстал, наклонился через стол и коснулся большим пальцем моей щеки. А я настолько не ожидала, что вскочила, как ошпаренная. Мимо проходил официант с подносом и я его просто снесла отъехавшим назад креслом. На пол с диким звоном бьющегося стекла посыпались стаканы и тарелки.

— Ради всего святого, простите-простите! — закричала, кидаясь помогать официанту собирать осколки, но была так неосторожна что распорола себе ладонь в кровь. — Ай!

Кровь хлынула, пачкая платье. Зажала второй рукой кровоточащую рану, изнывая от ноющей боли.

— Мисс, вы порезались, аккуратнее. Я всё сам уберу, — переживал официант.

Ладони коснулись теплые руки Максимилиана.

— Дай посмотрю, — серьезно и совершенно спокойно сказал он. Разжала руки, показывая рану. — Не глубокая.

Появилось легкое свечение, излучаемое кончиками его пальцев и рана на глазах затянулась. Точно, он же врач.

— Шрама не будет, это хорошо. — Максимилиан крепко сжимал мою руку, а я рассматривала каждый миллиметр его лица, ведь оно оказалось так близко.

Серые глаза, длинные ресницы, волоски на бровях один к одному, сами брови изогнуты острым углом, ровный нос, острые скулы и уши. Красивые уши. Хотелось укусить его за мочку.

“Ты стала фетишисткой?”— подсознание удивлялось моим желания.