Книга Личный дневник (пьяной) влюблённой провидицы, страница 114 – Алёна Май

— Что это? — уставилась на Тобиаса в недоумении.

— Имел наглость написать ему от твоего имени.

— Зачем?! Что он обо мне подумает. И что за отмазка — заболел живот?!

— Можешь позвонить ему и рассказать всё, как было.

Захлопнула свой рот и отвернулась. Спасибо ему за спасение, но он снова влез туда, куда не просили.

— Спасибо, — хотела бы я произнести это более приветливо, но язык не поворачивался.

— Обращайся.

— Твои услуги стоят слишком дорого.

— С тебя я вроде еще не брал плату, — Тобиас подмигнул мне. Так беспардонно.

Сердце бешено застучало, но я всё-таки решилась задать вопрос, на который жаждала получить ответ.

— Тобиас… Что между нами происходит?

— Ничего.

Под ребром больно кольнуло. Ложь. Наглая ложь.

“Валить надо от него подальше, Октавия. И написать Максу! Не отказывайся от него только потому что этот придурок тебя спас!”— кричало подсознание.

Эта была очень хорошая идея. Бежать.

— Мне пора уходить, — безразлично сказала и прошла мимо Тобиаса в сторону к двери. — Отдам тебе вещи позже, если ты не против.

— Против.

— Ты сейчас серьезно?

— Абсолютно.

— Тобиас Бергман! — в меня вселился демон, готовый разорвать его на части.

— Что?

— Прекращай эти игры со мной. Мне уже совсем неинтересно.

Мне кажется у меня пар пошел из ушей и носа. Я сверлила в нем дырку, а его лицо не выражало ровным счетом ничего. Непробиваемая стена.

— Да что с тобой не так, Тобиас Бергман?! — заверещала, переходя на ультразвук.

Крышечка от кувшинчика с терпением с грохотом полетела на пол и разбилась вдребезги.

— Определись уже! То ты отвергаешь меня, не переставая повторять, что я не в твоем вкусе. А через четыре года как ни в чем не бывало зовешь на ужин. То целуешь меня, от ревности или черт пойми от чего, затем снова пропадаешь. А потом снова появляешься и спасаешь меня! У меня мозги плавятся от тебя, я с ума схожу, потому что ничего не понимаю! Если что-то чувствуешь ко мне, то зачем позволяешь встречаться с другими парнями, спать с ними! Зачем эти булочки с кофе с утра? А теперь ты выгоняешь меня?!

Орала, сама не понимая, что несу. Все сказанное казалось несвязным бредом. Да это и был несвязный бред. Невозможно передать всё, что я хотела бы ему высказать.

— А еще это твоё “я бы убил за тебя”. Что это? Какая-то очередная пафосная речь?!

Тобиас сжал руки в кулаки до побеления костяшек.

— Злишься? Не смей даже! Только я тут должна злиться! — продолжала кричать на него, сокращая дистанцию между нами.

Он не смотрел на меня, отвернулся. А мне хотелось врезать ему по физиономии.

— Октавия, прекращай.

— Октавия то, Октавия сё. Меня уже тошнит, когда ты произносишь моё имя! Хватит издеваться надо мной, Тобиас! Объясни чего ты добиваешься, или исчезни из моей жизни навсегда! — проорала так громко, что соседям впору было бы вызвать полицию.

Адский блеск зеленых глаз заставил сжаться сердце. А по щекам моим уже лились слёзы.

— Ничего не хочешь ответить?

— Мне нечего тебе сказать, Октавия.

— Тогда перестань влезать в мою жизнь и портить её, — утерла слёзы, в моей груди образовалась огромная невидимая черная дыра.

— Ты первая это начала.

— Когда это?! — выпалила, не подумав, но потом вспомнила, что он был прав. Слежка за Тоби Мангельфом положила начало этому безумию.

Немного сбавила обороты, иначе скоро выпрыгну в окно с разбегу.