Книга Сделка с собой, страница 50 – Лера Виннер

Он был всего лишь одним из многих. Одним из тех, кого я должна была отправить за решётку.

И всё же при мысли о том, что он мёртв, — в буквальном смысле покатился к чёрту, — у меня сдавило горло.

Пит поморщился и покачал головой:

— Даже не задели. Не знаю, как он это делает, но у него чертово чутье на такие вещи. Успел уйти.

Руки задрожали.

Почти не понимая, что делаю, я провела ладонью по лбу, убирая волосы, и дала себе секунду на то, чтобы восстановить дыхание. Не хватало только, чтобы голос задрожал.

Холл кивнул коротко и задумчиво, как человек, увидевший именно то, что увидеть предполагал.

— Самое неприятное не это.

Ледяной липкий страх только начал отступать, и, стоило мне осознать его, я немедленно разозлилась. Захотелось бросить в ответ что-нибудь едкое, циничное. Например: «С чего ты взял, что это будет мне неприятно?».

Я промолчала, а Пит бросил ленивый, как могло показаться, взгляд мне за спину.

— Копы примчались на место рекордно быстро. Как будто ждали за углом. Без труда нашли место, откуда стреляли. А там — пистолет. Твой пистолет, детектив.

Я моргнула, стараясь осознать услышанное.

В том, чтобы врать мне, выгоды ему не было.

При желании таковая, вне всякого сомнения, нашлась бы, — хотя бы из мести. Дин Коул слыл очень злопамятным человеком.

И всё же было у лице и то не Холла нечто, не дающее мне усомниться в правдивости его слов.

— Вот же дерьмо…

— Именно, — он криво усмехнулся, достал сигареты, но закуривать не стал. — Так складно получается: все знают, что ты ненавидишь Коула. Он — твоя идея фикс. Ты не смогла засадить его в тюрьму, и помешалась окончательно. Просто ещё один коп, свихнувшийся от несовершенства системы. Тем более, предрасположенный к этому. Та чудовищная история с твоим отцом… — он покачал головой с утрированным содалением. — Очередная неудача с очередным делом. Кто-то в тебя стрелял. На кого тебе ещё было думать, кроме как на старого врага? Когда молчит правосудие, говорят пули. В припадке отчаяния и ярости детектив решила поквитаться.

Картина, которую он рисовал, была настолько реалистичной, что я перестала слышать даже гомон утренней улицы, уставившись на него.

Эта теория объясняла всё: и убийство моего свидетеля, и бестолковую пальбу в меня, и не менее глупый выстрел в машину. Даже рекордно быстрое появление патрульных, — и тех, что отправили мою машину на стоянку, и тех, что прибыли на место покушения.

— Твою мать.

— Тебе туда нельзя, — кивая на вход в участок, Пит уже стал предельно серьёзен. — Тебя упрячут в камеру, и в ближайшие годы ты оттуда уже не выйдешь.

Он был прав. Я знала это по опыту, интуитивно, исходя из элементарной логики… Просто знала, и всё.

Истолковав мое молчание верно, Пит спрятал пачку.

— Я отвезу тебя к Дину. Они сами лишили себя возможности искать тебя у него.

— Нет, — я возразила раньше, чем он успел замолчать.

Дрожать и прятаться за спину Коула стало бы ещё большим безумием, чем спать с ним.

Пит хмыкнул, но комментировать моё решение не стал.

Вместо этого он снова полез в карман:

— Тогда возьми ключи от квартиры. Ты была там ночью. Это безопасное место.

Он никак не выражал своё отношение ко мне и к происходящему, просто невозмутимо предлагал помощь, и это было… достойным продолжением всего, что уже случилось.