Книга Сделка с собой, страница 17 – Лера Виннер

«Я позабочусь о тебе, Джули», — пообещал он.

Любой другой на его месте и правда держал бы меня в патрульных лет до сорока. Или до тех пор, пока я сама не написала бы рапорт.

Любой другой на его месте точно так же мог бы предложить мне сделку, — моё тело в обмен на карьерный рост.

В отличие от любого другого, он гарантированно держал своё слово.

Редж стал моим первым мужчиной, и тем капитаном на которого я, как и прочие копы в нашем участке, могла положиться.

Отработав на улице положенный любому новичку срок, я благополучно пошла на повышение и сменила синюю форму патрульного на куртку и значок на поясе.

Гурвен оказался очень плохим любовником. Будучи старше меня на двадцать два года, он всё ещё оставался достаточно молодым мужчиной.

Довольствуясь парой приятных встреч со мной в неделю, он слыл добрым, глубоко женатым христианином, воспитывал троих детей и даже думать не желал о том, чтобы решить в конце концов свои проблемы с потенцией.

О нашей связи никто не знал, — не желая рисковать прежде всего собственной репутацией, Реджинальд всеми правдами и неправдами скрывал молодую любовницу, доходя подчас до откровенно смехотворной паранойи, но меня эта осторожность целиком и полностью устраивала.

Ни дня ни претендовавших на то, чтобы увидеть его своим мужем, по началу я воспринимала его как наименьшее из зол, — к тому моменту, как мы оказались в постели, я и правда не встретила никого, кто вызвал бы во мне какое-то желание. Секс был просто аспектом жизни, а мысль о том, как это странно и даже гадко, — трахать дочь друга, которую он помнил ребёнком, — отходила на второй план. Стать детективом было не просто моей мечтой, это сделалось страстью. Если Редж Гурвен был единственной возможностью получить желаемое, я готова была испытывать к нему нечто, отдалённо, но напоминающее нежность.

Со временем он превратился в рутину, в такое же обязательное и регулярное дело, как посещение спортзала.

После того, как Реджу исполнилось сорок пять, характер у него начал портиться. Стоило мне попытаться отстраниться от него в этот период, я тут же получила непрозрачный намёк на то, что могу вылететь со службы так же легко, как на неё попала.

К тому моменту он уже обзавёлся достаточно прочными связями в департаменте и мог с уверенностью утверждать, что так в самом деле может случиться: годы упорной работы, раскрытые мною дела, отправленные за решётку благодаря мне подонки, — всё это не будет стоить ничего, если на противоположной чаше весов окажется моя фамилия. У любого копа найдётся черное пятно…

Сцепив зубы, я предпочла просто проглотить это, но к двадцати шести годам и сам Гурвен, и его закидоны мне окончательно осточертели. Даже секс с ним превратился в испытание, потому что принимать таблетки, и тем более показываться врачу он упорно не желал, как будто не замечая происходящего. Привести его в тонус было всё сложнее, а доставить удовольствие мне, как делал это в начале наших отношений, он перестал даже пытаться.

Дин Коул должен был стать моим билетом на свободу.

Раскрутить такое громкое дело — разве мог выпасть шанс лучше?

Повышение, перевод…

Новый участок — новая жизнь.

Помимо удивительно высоких связей, у Коула было и достаточно врагов. К тридцати четырем годам занять то положение, которого добился он, удавалось далеко не каждому, и избавиться от него для многих было сладким сном. По нему был дан «зелёный свет», и я неслась вперёд в уверенности, что судья будет на нашей стороне.