Книга Сделка с собой, страница 16 – Лера Виннер

Нужно было успокоиться и подумать. Решить, как лучше всего распорядиться сокровищем, попавшим мне в руки.

Если я сумею грамотно распорядиться этой информацией, грянет настоящий скандал. Джон Уэбер был не просто бандитом, он стал членом городского совета. Стоит только надеть на него наручники, и сюда слетятся все — от полицейских «шишек» до федеральных телеканалов.

Когда он сядет…

Рука сама собой сжалась в кулак при мысли о том, какая манна небесная ждёт детектива, сумевшего раскрутить такое дело. На медали мне было плевать, но внеочередное звание и возможность перебраться в новый участок в районе получше заставляли сердце сжиматься так сладко.

Новый участок — новая жизнь.

Свобода ни на кого и ни на что не оглядываться.

Ради всего этого я бы согласилась переспать с самим Дьяволом, не говоря уже о его голубоглазом отродье по имени Дин Коул.

Реджинальд Гурвен, мой капитан и по совместительству давний и очень скверный любовник, позвонил мне в районе полудня. С тёплой, чуть снисходительной отеческой заботой он поинтересовался, не случилось ли чего-то из ряда вон выходящего, если я не вышла на работу, и сегодня мне захотелось послать его куда подальше сильнее, чем когда-либо.

Вместо этого пришлось заверить, что всё хорошо, я просто немного переутомилась и, кажется, подхватила простуду.

Момент исполнения желаний ещё не настал.

По-хорошему, Гурвен и правда почти годился мне в отцы.

Четырнадцать лет назад, когда детектив Патрик Спирс расстрелял десяток посетителей одного из городских баров, а потом пустил себе пулю под подбородок, Редж тоже был детективом.

Он стал одним из тех, кто позаботился о моей матери и когда она осталась одна, и когда её психика сломалась настолько, что из дома ей пришлось перебраться в специализированную клинику.

«Ты не можешь сутками напролёт находиться рядом с ней, Джули. Быть предоставленной самой себе опасно прежде всего для неё самой», — говорил он мне, когда я отказывалась отправлять её на лечение.

Время показало, что в этом Реджинальд был прав — ни неусыпный надзор, ни вышколенный и до отвращения профессиональный медицинский персонал не помешали ей в конце концов свести счёты с жизнью.

«Во искупление грехов Патрика», — так она объяснила свой поступок в предсмертной записке.

Незадолго до этого мне исполнилось восемнадцать, и то, что я испытала к ней в тот момент, стоило назвать благодарностью — ведь она отложила исполнение вынесенного самой себе приговора до тех пор, пока я не повзрослею, избавила меня от необходимости расти в приюте.

Решив поступать в полицейскую Академию, я не стала менять фамилию, зная, что меня, как и всех прочих потенциальных курсантов, неизбежно проверят и правда об отце неминуемо всплывёт, и не желая ставить в неловкое положение ни себя ни других.

«Ты делаешь большие успехи, Джулия. Но ты ведь понимаешь, что тебе никогда не дадут построить карьеру? Сколько бы времени ни прошло, о том, что сделал детектив Спирс, не забудут, и лучшее что тебя ждёт — это гнить в патрульных до пенсии», — инструктор по борьбе, мистер Арчер, стал первым, кто озвучил мне в лицо неприятную правду, о которой я и сама догадывалась.

К моменту моего выпуска Редж Гурвен только-только стал капитаном. Тогда он сделал всё мыслимое и немыслимое, чтобы я попала именно в его участок.