Книга Танец нашего секрета, страница 37 – Алина Цебро

Райан смотрит на неё с какой-то странной теплотой. Почти... нежностью. Но ничего не говорит. Хотя понимает, всё понимает. Теперь он знает, куда она делась.

— Иди сюда, — шепчу я Любимке, и она, помедлив, всё-таки выходит и трётся о мою ногу. Я беру её на руки, прижимаю к себе. Пирс тут же начинает ревновать, толкает меня носом.

— Тихо, мальчик, — смеюсь я.

И тут Пирс замечает Райана, словно до этого его тут не было, и он его не привёл.

Пёс мгновенно напрягается. Шерсть на загривке встаёт дыбом. Из горла вырывается низкое рычание.

— Пирс, нет, — начинаю я, но он уже бросается вперёд.

Райан отшатывается, но собака быстрее. Она прыгает, лает, скалит зубы, но, к счастью, не нападает. Просто защищает своих девочек.

— ФУ! — кричу я. — Пирс, сидеть!

Пёс замирает на полуслове, опускается на задние лапы, а затем садится. Но продолжает рычать, глядя на Райана.

Повисает тишина.

— Пирс? — медленно произносит Райан, глядя на меня. — Ты назвала собаку... Пирс?

Я сглатываю. Чувствую, как краснеют щёки.

— Я... ну...

— Это моя фамилия, Лив.

— Я знаю.

Он смотрит на меня. Потом на собаку. Потом снова на меня.

— Сколько ему лет?

— Ему три года, — шепчу я.

Вижу, как он считает в уме. Три года назад. Мы только расстались.

— Ты назвала собаку моей фамилией, — повторяет он, и в его голосе столько эмоций, что я не могу разобрать ни одной.

— Он... защищал меня, — говорю я тихо. — Всегда. От всех. Я хотела, чтобы у меня был кто-то... кто-то, как ты.

Райан закрывает глаза. Выдыхает.

— Господи, Лив...

— Прости.

— За что? — он открывает глаза, и я вижу в них влагу, но не от слёз, скорее от нежности, что его затапливает. — За то, что любила меня даже тогда, когда мы не были вместе?

Пирс снова рычит, глядя на него.

— Кажется, он не одобряет, — усмехается Райан, но при этом не сводит своего взгляда с меня.

— Он просто... ревнует, — говорю я. — Пирс, это... это Райан. Он хороший.

Пёс недоверчиво смотрит на меня, потом на Райана. Рычание стихает, но напряжение остаётся. А Любимка мурлычет у меня на руках, совершенно довольная жизнью. И я понимаю: это самый лучший сюрприз, который мне когда-либо делали.

--

Я возвращаюсь в свою комнату, всё ещё не веря в происходящее. Пирс идёт следом, его когти цокают по полу. Любимка запрыгивает на кровать первой, устраиваясь на подушке, как будто это её законное место.

— Ну конечно, — усмехаюсь я, закрывая дверь.

Подхожу к шкафу. Майка всё ещё влажная, прилипает к коже. Стягиваю её через голову, бросаю на стул. Холодный воздух касается разогретой кожи, и я вздрагиваю. Достаю из шкафа чистую майку, принадлежащую Райану — простую, серую, мягкую от множества стирок. Натягиваю её, чувствуя, как ткань скользит по телу. Меняю трусики. Пирс наблюдает за мной, положив морду на лапы. Его хвост медленно виляет.

— Да, мальчик, теперь мы вместе, — шепчу я, опускаясь на кровать.

Он тут же вскакивает, устраивается у моих ног. Тяжёлый, тёплый. Знакомый. Любимка недовольно мяукает, когда кровать качается, и я стряхиваю её со своей подушки. Но быстро перебирается поближе, сворачивается калачиком у моей груди. Её урчание вибрирует сквозь тонкую ткань майки.

Я ложусь на спину, смотрю в потолок.

Райан.

Он вернул мне моих животных. Он защищал меня. Он остановился, когда я была слишком слаба, чтобы думать здраво.