Книга Танец большого секрета, страница 77 – Алина Цебро

Джули поджала губы и посмотрела на меня.

— Ты же не любил кошек.

— Как видишь, — ответил я, отталкиваясь от стены и скрестив руки на груди, — теперь мне до боли необходима помощь в том, чтобы чувствовать себя любимым.

Она кивнула быстро и нервно. Отвела взгляд, потом снова посмотрела и улыбнулась. Но улыбка не добралась до глаз. Я вдруг вспомнил: мы когда-то называли это её «улыбкой-призраком» — ту, что появлялась, когда она хотела казаться сильной, но в душе чуть ли не рыдала.

— Извини, — сказала она вдруг, голос чуть дрогнул.

Я приподнял бровь, потом подмигнул Оливии.

— Засмотрелся, — добавил я. — Совсем забыл о манерах.

Оливия мгновенно сузила глаза. В них вспыхнула ревность — острая, живая, почти ядовитая. И чертовски идущая ей. В этот момент она была прекрасна.

— Это Джули, — сказал я, обращаясь к Оливии, — моя бывшая. А это Оливия — моя девушка.

Я произнёс это спокойно, чётко, без вызова. Просто констатация факта. Но в воздухе повисло напряжение оно было плотным, ощутимым.

И тут я заметил: Оливия не сняла кольцо. То самое, которое Лукас подарил ей в день, когда пришлось делать выбор. Она его надевала редко. А сегодня оно было на пальце, либо она пришла с какого-то мероприятия, либо только на него собиралась.

Я не подал виду, иначе бы сморщился. Меня бесил тот факт, что моя ДЕВУШКА замужем. Но держаться за неё мне хотелось больше.

Но Джули заметила кольцо.

Её глаза на мгновение расширились. Она перевела взгляд на меня — и в них стояли слёзы. Не капли, не дрожь ресниц, а самые настоящие слёзы. Она подумала, что Оливия уже куда больше, чем просто девушка, кольцо показало ей, что она моя невеста. Ох, Джули, ох.

— Я пойду, пожалуй, — сказала, голос стал тише.

Она быстро натянула шубу, застегнула ботильоны одной рукой, потому что и это давалось ей с трудом. Да, она пришла ко мне на помощь, вот только она мне нужна была в другие дни, когда не стало моих родителей, теперь же, когда не стало...брата...меня поддерживает Оливия, которая не уходит и не уйдёт, даже если я выставлю её за дверь. Джули же ушла.

— Была рада познакомиться, — бросила через плечо, уже в дверях.

Оливия медленно подняла на меня глаза.

— Ты знал, что она придёт?

— Нет, — ответил я честно.

Она вздохнула, подошла ко мне ближе и уткнулась в мою грудь своих холодным носом.

— Не люблю тебя ревновать, но, если она придёт сюда ещё раз в одеянии проститутки, выгони, пожалуйста, передав ей в точности мои слова, хорошо?

А я смотрел в окно, думая о том, как легко мир рушится — и как трудно его собирать обратно.

— Мы будем с тобой разговаривать, Лив? Я понимаю, что тебе кажется, что я сейчас разрушен. Да, так и есть, но тайны убивают, давай без них поживём.

Она кивнула, подняла на меня свои изумрудные глаза и поцеловала.

— Я уйду на часа два, к Лукасу приезжает мать...хочет посмотреть...иуда, — я расхохотался, правда, стало смешно. — Ничего смешного. — Но Лив тоже улыбнулась. — Я приду к ужину, хорошо, тогда и поговорим?

Она отошла от меня, беря пальто из шкафа и надевая его.

— А в куртке её встречать уже не модно?

— Мы идём в ресторан, из которого она, как мне сказал Лукас, с точностью в девяносто девять процентов попрётся к нам домой. Хочу выглядеть нормально, а не как....

— Как настоящая ты?