Онлайн книга «Танец большого секрета»
|
— Больше… — Ты получишь всё, — прохрипел я и вогнался глубже, чувствуя, как она сжимается вокруг меня. Каждый толчок — как удар молота. Каждое движение — как приговор. Я не хотел доставить ей удовольствие, хотя это в любом случае получится. Я хотел сломать её контроль. Хотел, чтобы она забыла, кто она. Хотел, чтобы она кричала, словно сейчас последнее мгновение для неё, и, после этого, мир будет разрушен. В её глазах иногда проскальзывало что-то подобное, как будто она со мной прощается или запоминает как я выгляжу. Оливия тает, в моих руках, как лёд, как шоколадка на солнце, как воск от пламени. — Я… не… — Кончи, — приказал я, не замедляя ритм. — Или я остановлюсь, — она застонала — глухо, животно. — Не смей… — Тогда кончи, — прохрипел я и вогнался ещё глубже, чувствуя, как её тело напрягается. И она взорвалась. Не стоном, не вздохом, а полноценным криком показывая, как ей хорошо. Приподнялась, заглушённо кусая меня в плечо, чтобы никто не услышал, кроме меня, как она теряет себя в моих руках. Мышцы продолжают сжиматься, а глаза закатываются, она обессилено падает на капот, но я не останавливаюсь, держу её в руках, пока дрожь полностью не проходит. И пока Лив не обмякает в моих руках. Тогда я резко поднимаю её — одной рукой под бедро, другой — за талию. Она ахает. — Что ты… — Ты ещё не закончила, — прохрипел и перевернул её. — Так же как и я. Теперь — грудью на капот, задницей ко мне. Я прижал её лицо к холодному металлу, одной рукой держа за затылок, а затем накручивая её шикарные волосы на свою ладонь... Она выгнулась, дугой, как лук перед выстрелом... Второй рукой я схватил её за грудь, приподнимая так, что её спина касается моей груди, и теперь натяжение на волосы не такое сильное. Но мне мало... — Выгнись сильнее, — приказал я, впиваясь ногтями в её сосок. Она закричала — снова, громче, без остатка. И я вошёл в неё сзади — глубже, чем раньше, чувствуя, как она сжимается вокруг меня. Потому что угол изменился, делая всё ещё острее. — Вот так, — прохрипел я, хватая её за бёдра. Обеими руками. Волосы рассыпались по её тонкой спине, затем накрыли её тело полностью, как покрывало. Оливия извивалась — бедрами поддаваясь к моим. Прося, желая большего, входя в ритм. Я начал двигаться — жёстко, ритмично, без остатка, как будто выжигаю своё имя в её плоти. Каждый толчок — как удар сердца, причём человека с тахикардией. Сто в минуту, а то и все сто пятьдесят. Каждый стон — как признание неизбежного. Лив царапала капот ногтями. Я — впиваюсь в её тело, как будто боюсь, что она исчезнет. Оставляя синяки. Она кончает снова — тихо, судорожно, как будто выжала из себя всё. Нет ни крика, не вздохов, лишь заглушённый выдох, и мышцы...которые до боли сжимают меня внутри. Я прижал её к себе, лицом зарывшись в её шее, чувствуя, как бьётся её сердце. Стянул презерватив за секунду до того, как кончил сам, прямо ей на ягодицы. — Машина твоя, — прошептал я. — Ключи в бардачке. Она не ответила. Просто кивнула, всё ещё дрожа. Я тихо вытер своими трусами остатки спермы, целуя Оливию между ломаток. Я хотел поцеловать всё её тело. Соединить все родинки языком, как говорят в сопливых мелодрамах. Я влюбился? Особзнание сильно ударило по мне...потому что...сейчас рано. Очень радо, я не сделал того, что должен. И сейчас... |