Онлайн книга «Просто дыши»
|
— Так, у себя или нет? Женщина вздыхает, опустив розу на стол, и внимательно смотрит на меня, обдумывает ответ. — Да. Она дома. — Спасибо. – искренне благодарю я и срываюсь с места. Лечу через весь магазин, балансируя с напитками. Толкаю задницей дверь во внутренний двор и поднимаюсь по железным ступенькам. Только на последней ступеньке до меня доходит, что я и не знаю, как попасть к ней в квартиру через обычный ход. Не знаю даже номера ее квартиры. Только поднимаю голову, чтобы заглянуть через стеклянную дверь, как замираю. Она. Эва. Она сидит на деревянном стуле у мольберта. Не знаю, что именно заставило меня замереть. Просто я вдруг перестал функционировать. Не осталось ни единой мысли, кроме одной. Она такая красивая. Красивая не в том примитивном смысле, о чем в первую очередь думают люди. Дело не в разрезе ее глаз или форме ее губ. Ее красота заключается в той глубине, что отражается во взгляде. В той искре, что вспыхивает, когда она говорит о чем-то, что любит всей душой. В ямочке, что появляется, когда она улыбается. Да, это важно, ведь улыбается она только искренне. Она такая красивая. На ней джинсовый комбинезон и короткая белая футболка. И то, и другое перепачкано в краске, но не ее руки. Потому что она не пишет, как показалось на первый взгляд, просто смотрит. Правая рука перебинтована, от чего я почему-то начинаю злиться. На себя. Возникает такое чувство, будто это только начало. Небольшой штрих на картине всего дерьма, что я еще вытворю. Мне бы отвести взгляд, уйти и не оглядываться. Мне бы уехать, куда-нибудь подальше от Парижа. Но она такая красивая, что я продолжаю стоять. Что-то крепко удерживает мои ноги на этом самом месте у ее порога. Я словно застрял. Не могу войти, не могу уйти. Не хочу уходить и остаться не могу. Что со мной вообще не так? Солнце так красиво играет на ее черных волосах, убранных в пучок на затылке. Пара прядей обрамляет лицо. Она так смотрит на картину, что мне становится интересно, что на ней? Почему она то хмурится, то вздыхает? Почему задумчиво прикусывает губу? Ей не нравится то, что она видит? Или просто что-то не получается? Вот она тянется к кисти на стойке, но едва притронувшись к ней, отдергивает руку. Она не может. Не может закончить картину. Почему? О чем она думает? Что за женщина. Без преувеличения, я не встречал подобных ей. В ней столько всего, что хватит на целую жизнь. Чтобы узнавать, разгадывать, наблюдать. Этот дерьмовый мир ее не заслуживает, а я уж тем более… Молли вдруг подбегает к двери, выдавая меня. Эва тут же это замечает и поворачивает голову. Наши глаза встречаются. На мгновение в ее взгляде проносится удивление, следом, она будто бы вспоминает что-то, и тут же хмурится. Машу ей той рукой, в котором держу пакет. Уоллис не двигается с места. Просто смотрит на меня. Потом снова на полотно. Глубоко вздохнув, она поднимается со своего места и убирает холст к стене так, чтобы я даже мельком не увидел изображение. Интересно. Только я думаю, что мне сейчас откроют, как она подходит к дивану и натягивает толстовку. Зачем? Я ведь уже видел ее шрамы. Ах, точно, тогда она была пьяна. Так что видимо, это не считается. Только после того, как прикрыла большую часть своего тела, Эва Уоллис наконец открывает дверь, но впускать не собирается. |