Книга Забытые чувства, страница 15 – Ана Эм

Я делаю глубокий вдох, убираю светлые волосы назад и расправив плечи, спускаюсь вниз, прямо в преисподнюю.

Первое, что вижу – накрытый стол. Эдда стоит вместе с Бьянкой у камина в столовой. Причем Бьянка уже успела переодеться в ярко розовое платье на бретельках, а шею теперь украшает чокер, усеянный камнями. Заметив меня, она игриво улыбается. Потом входит Агата с огромным подносом и ставит его в центр стола. Отец с Каллистой ждут у окна.

— Все готово, господин. – вежливо говорит Агата.

Отец едва заметно кивает и направляется к столу. Его место во главе, разумеется. Каллиста подходит к своему стулу справа от него. Я собираюсь выбрать место напротив Эдды, которая всегда садилась рядом со своей матерью и Бьянкой. Но отец останавливает меня, указывая на место напротив себя, на противоположном конце стола. Место наследника. Теперь мое место.

— Карлос… – начинает возражать Каллиста, но отец взглядом заставляет ее молчать.

Я нахожу глазами Эдду, которая плохо скрывает свое удивление, и Бьянку, которая с гордостью ухмыляется. Чертовы традиции.

Немного помедлив, я все же прохожу к указанному месту. Отец отодвигает свой стул и садится, взгляды остальных тут же направляются ко мне в ожидании. Сначала глава семьи, следом его наследник, и только потом женщины. Я сажусь почти сразу же, подавляя желание помыться. Мне ненавистно быть частью этих брендовых правил.

Каллиста садится за стол, не скрывая своего раздражения. Эдда и Бьянка переглядываются, улыбнувшись. Кажется, мое новое положение приходится им по душе намного больше, чем мне.

Блюда сменяются одно за другим. Мне приходится запихнуть в себя немного еды, хотя мой организм сейчас хорошо воспринимает только алкоголь. Луи пытается налить мне бокал вина, но я отказываюсь, шепотом попросив его принести виски. С недавних пор только он помогает мне быстро заснуть.

Все молчали во время трех основных блюд, пока не принесли капрезе, любимый десерт отца.

— Как дела в галерее? – спрашивает Карлос Эдду так, будто не следит за каждым ее шагом. От светских бесед у меня скручивает челюсть. Я делаю внушительный глоток виски.

— В какой именно? – уточняет сестра, откладывая вилку в сторону и выпрямляясь.

— Во всех.

Под руководством Эдды несколько галлерей и выставочных залов. В свои двадцать четыре она стала одной из самых влиятельных кураторов в городе. Устроенные ей выставки имеют бешеный успех и приносят не хилую прибыль Короне. Конечно, нелегальная сторона приносит в разы больше. Судя по тому, что она рассказывает отцу, дела идут намного лучше, чем до того, как я уехала.

Когда Эдда заканчивает, взгляд отца падает на Бьянку, которая усердно поглощает десерт, затем поднимает пустую тарелку и жестом просит Агату принести еще один. Кажется, она даже не замечает отца. Ее голова случайно поворачивается ко мне, и я тут же указываю на противоположную сторону стола. Она слегка напрягается, но все-таки переводит взгляд на отца.

— Чем ты занималась в Лос-Анджелесе? – спокойно спрашивает он, что не предвещает ничего хорошего.

Бьянка делает вид, будто задумывается, а потом тут же отвечает:

— Участвовала в гонке.

Отец сжимает кулаки.

— Тебя видели с Филиппо Риччи.

— Да, он устраивал ту гонку…

Отец резко бьет по столу так сильно, что Каллиста подпрыгивает. Эдда прикрывает глаза, явно считая про себя до трех, как я учила. Потом открыв их, демонстрирует идеальную беспристрастную маску. Каллиста накрывает рукой сжатый кулак отца. А Бьянка, как ни в чем ни бывало, берет бокал вина и делает глоток. Эдда снова закрывает глаза.