Книга Напиши меня для себя, страница 112 – Тилли Коул

Джесси

Голова Джун покоилась на моем плече, когда я раскачивал нас в кресле-коконе. Мы укутались пледом, ночь была немного прохладной. Я смотрел на миллионы звезд над нами.

— О чем ты думаешь? — спросила Джун, заглядывая мне в лицо. В ее глубоких карих глазах не было прежней искры. Ее родители просидели с нами несколько часов. Они явно не хотели уходить, но, увидев, что Джун хочет побыть наедине со мной, ее мама объявила, что уже поздно.

Все мы были эмоционально раздавлены. Завтра должна была приехать моя мама, и она не собиралась уезжать, пока... пока уже не будет причины оставаться. Она привезет с собой «мелочь», и одна мысль о том, что они будут рядом, придавала мне сил.

— О звездах, — ответил я на вопрос Джун хриплым голосом. Я пролил столько слез, что невозможно было и сосчитать. Не из-за себя, а из-за того, что моя девочка, моя Джунбаг, тоже угасает. Я неистово молился, чтобы ее спасли.

Но мои молитвы не были услышаны.

— Они такие красивые здесь, — прошептала она. И Джун, и мне предложили вернуться в родные города, когда конец будет близко. Мы оба отказались. Мы хотели уйти из жизни здесь, на ранчо, вместе с остальными — там, где мы встретились.

— Видишь вон ту звезду? — Я указал пальцем в небо.

— Ммм? — отозвалась Джун, поглаживая меня рукой по животу. Мы едва могли отлипнуть друг от друга, цепляясь за близость с ощутимым отчаянием.

— Сайлас рассказывал мне о ней несколько недель назад, — сказал я. — Он стоял у своей комнаты с телескопом. Когда я спросил его, что он делает, он показал мне эту звезду.

— А что он о ней сказал? — спросила Джун, глядя в небо. Она была так прекрасна, с приподнятой головой и полными удивления глазами.

— Что до нее четыре тысячи световых лет.

Джун перевела взгляд на меня, и по моим рукам пробежали мурашки — я любил эту девушку. Эту храбрую и совершенную девушку. Она держала мое сердце в своей руке, а я — ее в своей. Я умирал, мне оставалось всего несколько недель. Моя жизнь была крошечной песчинкой в песочных часах Вселенной. Как и жизнь Джун. Но сидя здесь, рядом с ней, я чувствовал, что это и есть все. Я был рожден, чтобы встретить ее. Чтобы пройти этот тернистый путь рука об руку и быть там, вместе, в самом конце. Несколько недель назад я осознал, что Техасского университета и футбола в моем будущем нет. Весь груз свалился с моих плеч, и хотя тело слабело, душа была спокойнее, чем когда-либо.

В горле образовался комок. Я откашлялся и продолжил:

— Сайлас сказал, что свету этой звезды понадобилось четыре тысячи лет, чтобы добраться до наших глаз. — На губах Джун появилась легкая улыбка. Я взял ее руку и поцеловал свое сердце на ладони. — Он сказал, что эта звезда, возможно, уже давно погасла, но ее свет до сих пор доходит до нас через всю Вселенную. И освещает наше небо.

— Джесси, — прошептала Джун, понимая, что я имею в виду.

Я поцеловал каждый ее пальчик.

— Возможно, нам осталось немного времени, но, может быть, наша история любви будет такой же вечной, как эта звезда. И станет утешением для кого-то, кто будет нуждаться в ней спустя долгое время после нашего ухода. — Слезы текли по ее лицу. — Я люблю тебя, Джунбаг.

Она приподнялась.

— Я тоже люблю тебя, Джесси, — сказала Джун и подарила мне поцелуй, долгий и глубокий. Провела рукой по моему лицу, отстранилась и посмотрела мне в глаза. — Я слабею, — произнесла она, и меня захлестнула волна дичайшего страха.