Книга Ты всё равно станешь моей, страница 6 – Злата Соккол

— Тебе не светит, убогая, — с ледяным презрением отрезает Ермолов. — Терпеть не могу, когда девушки стелятся ковром перед парнями.

— Да...да...я... - подруга осекается, даже не в силах ответить от обиды. Губы её начинают дрожать, и она, всхлипывая, понуро опускает моську.

— Эй! — заступаюсь за подругу, сверкая глазами в сторону Ермолова. — Ты что себе позволяешь вообще?!

— Тебе тоже не светит, нищебродка.

— Да мне и даром не нужно! Я таких, как ты стороной обхожу!

— Что-то не похоже, — хмыкает Рома.

— Думай, что хочешь! — гневно выпаливаю. — Если влюбляться, то в настоящих мужчин, а ты обычный мажорный придурок!

На несколько мгновений вокруг повисает плотная тишина. Угрожающая... На лице Ермолова абсолютно нечитаемое выражение, но этот взгляд... Боже, в этих зеленых глазах сейчас отражается настоящий мрак.

— Не боишься горько пожалеть о своих словах, нищебродская выскочка? — цедит Ермолов с яростью.

Я уже жалею, ведь мой студак по-прежнему у него.

— Ты сам меня взбесил, — бурчу я, стараясь сгладить угол — Отдай студенческий, и мы уйдем — уверена, твоя жизнь сразу станет лучше.

"И наша тоже!" — добавляю про себя.

— Зато я не уверен, — бросает Ермолов, и я вижу, что на его лице застыла нехорошая усмешка.

Громкий сигнал подъехавшего автомобиля заставляет меня вздрогнуть.

За крутой тачкой Ермолова кто-то останавливается, желая проехать. Рома бросает высокомерный взгляд в сторону возмутившегося водителя, но через секунду снова поворачивается к нам с Люсей так, словно это его вообще не колышит.

— Мне пора, — тем не менее ровно говорит он и разворачивается, собираясь уйти.

Мой студак остается у Ермолова в руке, и он даже бровью не ведёт!

— Отдай студенческий!

— Нет.

— ОТДАЙ, ГОВОРЮ!

Забыв об овсём на свете, подскакиваю к парню, собираясь влезть в карман его пальто. Ермолов оказывается невероятно ловким. Разом поднимает руку с моим студенческим над головой и поворачивается ко мне так, что я падаю прямо на него. Время останавливается. Нутро пронзает чем-то терпким. Смотрю на красивое хмурое лицо надо мной, на пепельные прядки на лбу, вдыхаю невероятный аромат одеклона... И чувствую его сильную руку на моей спине. У меня в голове всё расшибает на части какой-то розовый туман. Гоню его изо всех сил, но меня так и мажет от теплой слабости во всём теле... Ермолов не сводит с меня пристального взгляда, крепко удерживает, не отпускает... А затем обжигает горячим шепотом.

— Не отдам, Одинцова. Я передумал.

Мира

— Я передумал, — бросает он мне и, оттолкнув меня, идёт к своей машине.

Чудом удерживаюсь на ногах. Смотрю на то, как этот гад с моим студенческим в кармане садится в машину. Через секунду слышу оглушительный рёв мотора...

Мы с Люськой едва успеваем отскочить на обочину.

— И как тебя угораздило поссориться с этой красивой мажористой свиньей?! — сверкая глазами в сторону исчезающего на проспекте мерседеса, шипит Люська.

— Я уже тебе рассказала как, — понуро бросаю подруге и тяжело вздыхаю, принимая неизбежное — студак потерян. — Ладно, идём... Уже поздно.

— И что теперь тебе делать со своим студенческим? — недовольно бросает Люся.

— Придется оформлять новый в деканате, — веду плечом. — Ничего хорошего мне, конечно, там не скажут...

— Мозги вынесут! За ненадлежащее отношение и прочее... - подливает масла в огонь подруга. — Но это всё мелочи. Вот мне досталось по самое "не балуйся"! Слышала, как он меня помоями облил?! Вдвойне обидно! Он ведь весь такой идеальный, и мне от ТАКОГО парня досталось не за что! Если бы не эта история, уверена, он бы со мной по-другому разговаривал бы...