Книга Ты всё равно станешь моей, страница 57 – Злата Соккол

Мира

Меня обжигает разрядом, проходящим по телу огненными всполохами. Сердце на миг останавливается в груди, а потом начинает биться с ужасающей силой — так, будто хочет пробить мне грудную клетку... Я перестаю дышать. Я, кажется, вообще больше не умею дышать, потому что все мое дыхание растворилось в нём, в этом поцелуе. Касания его губ жадные, напористые, горячий язык, исследующий мой рот, привкус мяты, тягучая сладость во рту... Проваливаюсь в какой-то временной вакуум... Его губы раз за разом накрывают мои — и всё. Мир вокруг всё быстрее вспыхивает, а потом разлетается на мелкие горящие осколки. При всем громогласном крике своего разума я больше не сопротивляюсь. Хуже того — поддаюсь. Потому что моё сердце не может не ответить ему... Не может сопротивляться... Обездвиживает меня. Всё вокруг кружится в бешеном вихре... Губы горят от его прикосновений, и лицо, шея, запястья... Его руки сжимают меня в требовательных объятиях, горячее тело едва не падает на моё, прижимая к двери... Тону в аромате его одеколона, и в нотках мяты и корицы — в его запахе... Мои пальцы бессильно впиваются в ткань его рубашки... Вспорхнув, скользят по шее, вплетаются в его пепельные волосы. Я мечтала об этом... Господи... Как я мечтала... Слышу его тихий стон, чувствую, как вздрагивает всё его тело на мой ответ... И эта его дрожь передается мне с удвоенной силой. Я горю... Ермолов словно не может остановиться. Пытается этим неудержимым напором сломать все наши границы... Жадно целует меня снова и снова, осыпает нежными поцелуями лицо... Мир переворачивается. В ушах звенит... С невероятным усилием отстраняюсь и отворачиваю лицо. — Что ты... Что ты, блин, делаешь, Ермолов?.. - вырывается у меня хрипло. Колени дрожат, сердце неисстово бьётся где-то в горле — я едва стою на ногах. — Зачем?.. Рома стоит передо мной, его зелёные глаза горят непривычным, тёмным огнём. Он тяжело дышит, его губы припухли, пепельные волосы растрепаны... — За тем, что хватит, ясно? — хрипит он в ответ. — Хватит этой хренью заниматься — я устал притворяться. Ты мне нужна. Не могу без тебя, Мира. Не могу.

— Даже если и так, я не...

— Не ври, — тут же осекает меня Рома. — Ты думаешь, что я слепой идиот? Я же всё вижу, Одинцова. Вижу, как ты смотришь на меня.

— Как я смотрю на тебя? — злюсь. Упираюсь ладонями в его грудь, пытаясь хоть на миллиметр увеличить между нами дистанцию, но куда там... Рома склоняет голову, и пепельная прядка падает ему на лоб. — Так же, КАК и я смотрю на тебя, — припечатывает он. Сжимаю зубы, чтобы не зарычать от отчаянного гнева, потому что... Потому что это правда. И мне неловко от того, что Ермолов настолько легко это понял. — Это... ничего не изменит, — отвечаю, отворачиваясь. Голос предательски дрожит. — С чего это нахрен ничего не изменит? — почти рычит Рома, крепко, но бережно обхватывая руками моё лицо и заставляя безотрывно смотреть на него. — С того, что ты...очумительно богатый красавчик, по которому девушки начинают сохнуть с первого же взгляда! — почти кричу я. — А ещё ты из супер обеспеченной семьи! Наследник миллионов, родившийся с золотой ложкой во рту, который уж точно не знает, что такое отдыхать в Анапе на галечном пляже, загорая на полотенце из гостиницы, что такое ехать два дня в плацкарте и что такое считать деньги до следующей зарплаты!.. Ты даже не знаешь, что такое копить!.. Да чёрт тебя возьми, Ермолов! Мне ли тебе это объсянть?! Не ты ли меня называл нищебродкой?! Я пытаюсь вырваться, но Ермолов скрепко удерживает меня. Лишь сильнее прижимая к своему горячему торсу, от соприкосновения с которым я начинаю лишь сильнее таять... И сильнее злиться. На себя! — Прекрати. Это всё ерунда, и ты знаешь это не хуже меня. — Ермолов смотрит на меня безотрывно, и его зеленые глаза горят, обжигая меня пламенем. — Когда это было препятствием для тех, кто любит друг друга? На каком-то бешеном адреналине делаю рывок в сторону и выворачиваюсь из его хватки. Чувствую, как по моим щекам текут потоки горячих слез... Как туман перед глазами застилает всё вокруг. — Ерунда?! — срываюсь я. — Любят друг друга?! Ты сейчас прикалываешься, Ермолов?! Это ты мне сейчас о любви говоришь, а через два месяца устанешь от меня и уедешь в закат на своей новеньком спорткаре! У тебя другой мир! Другая жизнь! Чёрт возьми, да у тебя всё...ДРУГОЕ. Я видела, как с тобой общаются те девушки из твоего круга. Какие люди там у вас... Какие интересы! Я не из этой оперы.