Книга Верь только мне, страница 72 – Тори Мэй

Я же чувствую, что ее тоже штырит, когда мы рядом, но виду пытается не подавать. Хочу ее персиковые губы, пиздец. Надеюсь, она не будет мариновать меня до выпускного?

Меня прерывает звонок: —Ты закончил? — сухо спрашивает отец.

— Да, они согласны, — отчитываюсь об утренней встрече.

— Хорошо, — он делает паузу, — Сегодня вечером вылетам по регионам.

Блять, что? Командировка?

— Надолго? — спрашиваю.

— Ты же не начинаешь скулить, Вилли? — стальным тоном спрашивает отец, — Планируется до конца октября. Две недели мы вместе, дальше ты сам, мне нужно будет вернуться на переговоры с Китаем.

Прикрываю глаза, «смакуя» перспективу колесить по стране и уговаривать местное управление и бизнесменов инвестировать в строительство заводов на их территории. Как же я это ненавижу!

— Не скулю я, просто… слишком много пропусков в универе перед дипломной, — пытаюсь воспользоваться моим спасательным жилетом, ведь для отца всегда было важно, чтобы я закончил этот сранный ВУЗ.

— Не делай вид, что тебя стала интересовать успеваемость. Никто не посмеет тебя отчислить, пока я их спонсирую.

— И пока там Юрий Юрич, знаю. — выдавливаю.

Впервые мне тошно от этого. На успеваемость мне все так же плевать, но командировка значит, что я не увижу Виолетку почти целый месяц, что ли?

— Но диплом…. — делаю еще одну попытку.

— Диплом закажешь, в чем проблема, Вилли? — начинает раздражаться отец.

— Ни в чем.

— В шесть подъедет водитель, будь дома.

— Понял, — скидываю и сжимаю телефон.

Хочется швырнуть его в лобач, но я слишком люблю свою тачку. И потом, это часть моего плана. За несколько дней моего бродяжничества я охренеть как переоценил свою жизнь.

Лично я из себя ничего не представляю, ничем не владею, отношения строить не умею, завишу полностью от отца. Эгоистичный ублюдок, который из состояния малолетки никак не эволюционирует в мужчину.

Если раньше я был убежден в исключительности собственной истории, то сейчас мне кажется, что я был одновременно глух и слеп к реальной жизни и другим людям вокруг. Таков вердикт.

Мне нужно выходить из этого порочного круга. Я принял решение, что буду и дальше изображать послушного сына, включусь в работу, чтобы создать себе подушку безопасности получше, чем остатки денег на картах, которыми мной манипулируют, как цирковой обезьянкой.

Даю себе время до нового года на сбережения и подготовку, а там сдристну из этого проклятого города, который отобрал у меня все. Вернусь в Германию. Туда, откуда меня однажды выкорчевали с корнем. И попробую прирасти снова.

Когда я после нашего конфликта и пощечины вернулся домой, отец только фыркнул на мою попытку поговорить с ним о произошедшем. Он убежден, что я приполз, чтобы все мои проблемы разруливались по одному его звонку. Так что мы нихрена не поговорили, хотя я был настроен.

— Все проблемы я решу сам! — говорю сам себе.

А пока я покорно буду ездить в командировки, ходить на собрания и планировать свой побег. Исчезну со дня на день, чтобы отец не успел ничего предпринять.

В день икс возьму первый попавшийся билет, пусть он будет хоть с сотней пересадок, я оставлю эту жизнь позади. Перееду на первое время к тете в Мюнхен, а там и разберусь.

Идеальная формула. Только теперь в этом уравнении появилась одна неожиданная переменная с карими глазами, которая ставит под сомнение весь мой и без того шаткий план.