Книга Академия подонков, страница 83 – Тори Мэй

Непривычно быть влюбленным придурком, но именно так я ощущаю себя, пробираясь сквозь полуспящую библиотеку.

Баженова — моя.

От этой мысли за спиной раскрываются мощные тяжелые крылья, способные вознести до небес. Выше проблем с родителями и прошлых обид.

Отправляюсь в единственное открытое спозаранку место — в кондитерскую, нужно бахнуть двойного эспрессо, подумать в тишине и сделать пару звонков прежде, чем я отправлюсь к деканше с расспросами о внезапном гранте для Полины.

— О, Буш, — звякает дверью Фил. — Ты уже здесь?

За ним в вливаются напряженный Кощей и ровный Сахарок.

— Че приперлись так рано? — лениво киваю на соседние стулья.

Обмениваемся рукопожатиями. С Яном давим ладони дольше и сильнее, чем с остальными.

— Явно не на рожу твою довольную посмотреть, — комментирует Илай. — Никак оборванка твоя зеленый свет дала?

— Дала, — улыбаюсь одним уголком рта, косясь на реакцию Захарова.

Тот выдерживает. Не ведется. Ни один мускул на лице не дрогает, а стоило бы.

Потому что Полина теперь не имеет права быть с кем-то другим.

Я ее первый. Почти первый. Точно им буду.

— Ууу, с победой, брат! — Абрамов лупит меня по плечу.

— Падальщики, сука, — кривится Белорецкий в своем стиле.

— А ты че такой взвинченный? Тебе невеста твоя именитая не дает? — поддеваю Илая.

— Это он ей не даёт, — скалится Фил. — Да, Кощей? Ректор вчера взбучку нашему холодному принцу устроил, говорит, семья королевишны недовольна, что будущий женишок не захаживает. Даму по театрам не выгуливает, на звонки не отвечает, даже устрицу ей ни разу так и не лизнул…

— Заткнись просто, — давит его холодным взглядом Илай.

Ржу. На злодее лица нет. Видимо избранная невеста ему-таки не по душе.

— Соскочи, ты не обязан, — пожимает плечами Ян. — Че сложного?

— Вашим мозгом не осилить этот уровень договоренностей, — только огрызается он. — Пока вы по своим бесприданницам ночами таскаетесь, такими браками межгосударственные контракты заключаются.

— Хвост-то собери, павлин, — отпиваю горький кофе, — пока не всплыло, с кем таскаешься ты.

Белорецкому очень не нравится такой камень в его огород, но мне сложно удержаться после того, как Сафиной не было в комнате Полины всю ночь. К счастью.

Пока мы делаем заказ на пожрать, Захаров долго и внимательно оценивает нас из-под надбровных дуг.

— Мда… — комментирует он и утыкается в телефон.

— Слушаем тебя внимательно, — Фил складывает локти на стол и смотрит в упор на Яна.

Думаю, Фила тоже подбешивает новая поэзия Яна — сверху. Мол, он прошел все тяготы и лишения жизни, увезя жопу в военную Академию, где за денежки «повзрослел», и теперь ему чужды наши проблемы и радости.

Забыл, как раскатывал на предыдущем курсе.

— Смотрю на вас и хренею, братики, куда попал.

— Поясни.

— Где наша компания, которая раздавала? Где наш движ? Где очереди на поклон элите и девки текущие? Базар только вокруг трех с половиной баб и посиделки в… кондитерсокй. Не знал бы вас лично, не поверил бы, что это Абрамов, Бушар и Белорецкий… — приподнимает брови с сожалением.

— А ты вечеринку с крошкой Софи вспомнил? — припечатывает Фил, а у меня при упоминании сестры глаза кровью наливаются.

— Спокойно, Буш, — хмыкает Ян, — малолетки меня не интересуют. Я про другое: тухло стало. Тух-ло. У нас в военке и то поживее было, хотя одни мужики на службе. Мы на гражданку сваливали так, что мама не горюй. Соседний город на ушах стоял.