Книга Академия подонков, страница 138 – Тори Мэй

Сидит рядом, скрестив ноги в теплых пушистых носках, обнимает себя за коленки и чеканит строки про алкогольное лобби.

Слушаю и в нужных моментах накидываю информации:

— Добавь еще, что алкогольные бренды пользуются креативом: музыкальные фестивали, спонсируемые коктейлями в бутылках или якобы безалкогольным пивом. Мы на всех бизнес-ивентах и выставках баннеры и столы для дегустации ставили.

— Точно! — она хватает ручку, зубами снимает с нее крышку и делает приписку на полях. — Ты гений!

Подкат в лоб, но в меня попадает.

— Да, я такой, — щипаю ее за сочную задницу, а потом рука скользит вверх по округлости, достигая талии.

— Дами! — выкручивается. — Мне репетировать нужно.

— Я заслужил поцелуй за подсказку!

Тяну ее на себя, пока не вписываемся улыбающимися губами. Целует меня нежно, проходясь несмелым язычком по моим губам. Не напираю, отдаю ей управление, хотя член уже оттягивает домашние треники.

— Ммм, — постанываю на выдохе, представляя ее на себе с разведенными ножками.

— Так! Сначала доклад! — она отстраняется, смущенно улыбаясь.

Красивая.

Поглаживаю ее взглядом, наслаждаясь мыслью о том, что она — моя, но в следующий момент ощущаю болючий укол глубоко внутри.

Скоро она улетит.

Результатов отбора на грант еще нет, но я уверен, что на традиционном новогоднем награждении студентов за всяческие заслуги его вручат именно Полине.

Нас снова ждет расставание. Долгое.

Естественно, я планирую прилетать, но уже не в тех объемах, какие я мог бы позволить себе раньше, находясь на пайке винного бренда.

А у нее там другая жизнь начнется: новые впечатления и эмоции, а главное — новые знакомства.

Кто будет там рядом с ней? Чистокровный француз? Или британец? Или кто-то из наших? Дружба за рубежом складывается куда быстрее, чем в родных пенатах.

Уже представляю, как какой-нибудь хмырь любезно предлагает ей показать библиотеку.

Или как холодным зимним вечером она звонит мне, чтобы сообщить “потрясающую” новость о том, что ей предложили продлить практику еще на полгода.

Сука. Чем ближе окончание семестра, тем тяжелее сохранять адекватность.

В себе эти мысли гоняю, Полину в них не посвящаю. Пусть с легким сердцем радуется. Без оглядки на мои заебы.

— Эй! Ты чего нахмурился? — ставит пальчик мне между бровей.

Ловлю ее шоколадный завиток и сглатываю тревогу.

— Мне страшно снова потерять тебя, Поль…

— А это, по-твоему, что? — она заливисто смеется, демонстрируя мне руку с колечком.

Прижимаюсь лицом и оставляю по поцелую на каждом пальчике.

Мы с Полиной долго разговаривали и решили расписаться после ее возвращения, чтобы не было проблем с переменой документов и прочей волокитой.

— Я же вернусь. Ты не успеешь моргнуть.

Поджимаю губы и согласно киваю. Хочется многое сказать, но зачем ей лишний груз на сердце?

— Знаю, малышка. Учись хорошо, а я пока буду усиленно богатеть, — выдаю вместо этого.

Она всё же откладывает распечатки в сторону и укладывается калачиком мне под бок, тыкаясь носом в грудь.

Каким-то образом эта маленькая женщина всегда чувствует, что именно мне необходимо в данную секунду.

Каждое ее касание выверено по времени: она умеет трогать ободряюще и утешающе, игриво и сожалеюще.

Но сейчас ее рука неожиданно игриво скользит под мою футболку, выписывая замысловатые узоры на моем животе, а затем подушечки ее пальцев ласково опускаются под резинку штанов.