Книга Любовь Сурового, страница 87 – Валерия Ангелос

— Повтори, — требует Айдаров.

— Что?

— Трахаться, — выдает он хрипло. — Ты так это сказала, что…

Да я чувствую. Похоже, мой гнев его только сильнее завел. Ну точно зверь. Инстинкты у него именно такие. Звериные.

— Пусти, — говорю.

Отталкиваю его, упираясь ладонями в плечи.

— Ну нет, Аня, непорядок, — заявляет Айдаров, плотнее прижимая меня к себе и склоняясь ниже, оскаливается: — Давно я тебе супружеский долг не отдавал.

Едва успеваю отвернуться, когда он рывком подается вперед, желая впиться в мои губы. Его рот прижимается к щеке. Но моя реакция ни капли не сбивает животный настрой Айдарова.

Он прихватывает зубами кожу на скуле. Слегка. И продолжает покрывать влажными скользящими поцелуями мое лицо. Потом перемещается немного в сторону, прикусывает мочку уха, обводит языком. Ощущение такое, будто сожрать меня готов.

И ничто его напор не ослабляет. Ни то как дергаюсь в железном кольце его рук, ни то, как пробую оттолкнуть его бедра от себя, поменять откровенную позу, в которой он меня зажал и, наконец, сдвинуть ноги.

Впечатление, словно каждое мое движение лишь сильнее провоцирует. Обостряет накал там, где совсем не хочу.

Супружеский долг, значит. Отдавать мне собрался.

Нет, спасибо.

— Я домой хочу, — говорю.

Еще сильнее пытаюсь его от себя отодвинуть. Упираюсь ладонями в его грудь изо всех сил. Но кажется, проще сдвинуть бетонную плиту, чем его от себя отлепить. Хоть немного.

— Вернемся, — бросает Айдаров, будто отмахивается.

Лишь ненадолго отрывается от меня, в глаза смотрит, а после опять — поцелуи. Полу укусы. Тисканье.

— Нет, нет, — мотаю головой, снова его от себя отталкивая, спрашиваю: — Когда? Я сейчас хочу домой. Ты не мог бы что-нибудь сделать? Ну эвакуировать меня может быть как-то?

Он отклоняется слегка. Взгляд мой ловит. И понимая, что я на полном серьезе сейчас с ним говорю, как будто немного подвисает.

Глядя на его лицо, можно было бы даже обрадоваться. Похотливый настрой как будто бы ослабевает. Но я не обманываюсь. Айдаров продолжает прижиматься ко мне всем телом. Вдавливает свои бедра в мои. Между нами нет ни единого клочка одежды. Чувствую его. Твердость. Накал. Возбуждение. Одержимую пульсацию тела, плотно вжатого в меня.

— Аня, — наконец, выдает он хрипло.

Хищный оскал. Помрачневший взгляд. В его глазах горит решимость и тяга. Ничего хорошего это мне не предвещает.

Похоже, совсем не про мою эвакуацию отсюда он думает.

Но я не отступаю.

— У тебя же все под контролем, — добавляю мягче, прежде чем Айдаров успевает продолжить. — Ты все решить можешь.

Молчит.

Его пальцы крепче сжимаются на мне. Одна ладонь на плече, другая на талии. Сам он ястребом надо мной нависает.

— Реши, пожалуйста, это, — говорю и подаюсь к нему, прижимаюсь губами к его шее. — У тебя здесь дела. Понимаю. Хорошо. Ты занимайся своими делами дальше. А я домой хочу. Очень тебя прошу. Отправь меня домой, пожалуйста.

Айдаров вдруг оскаливается шире.

— Ты мне зубы не заговаривай, — выдает.

В ответ он губами в мою шею впивается. Каждым поцелуем будто помечает. Обжигает кожу горячим ртом.

Вырываюсь. Толкаю его в плечи.

— Самир, — откидываюсь назад. — Ты меня слышишь?

Он слышит. Потому что сразу отрывается от моей шеи. Вбивается взглядом в мое лицо. Глаза у него сейчас совсем черные. Пылающие. И в то же время беспросветные.