Книга Любовь Сурового, страница 30 – Валерия Ангелос

А потом насаживает глубже. Еще и еще. Наконец, добивая единственным толчком. Буквально прошивая насквозь.

Вот. Теперь мне по-настоящему больно.

Айдаров слишком крупный и твердый. Ощущения настолько острые, что я не могу сдержать крик.

И он продолжает меня целовать. Выпивает этот звук. А после собирает губами слезы с моего лица. Прижимается к щекам, к прикрытым векам.

— Все. Первый раз так. Херово, — бросает хрипло. — Ты привыкнешь. Все, Ань. Тихо. Не буду спешить.

Не знаю, как можно привыкнуть к такому.

Где-то в подсознании мелькает мысль, что если бы он взял меня раньше, в ту ночь, когда был разъярен, то… даже страшно вообразить, чем бы все это могло закончиться.

А теперь…

Мне тоже больно. Саднит. Будто кислотой заливает изнутри. Мучительные сокращения внизу живота не прекращаются. Особенно когда неловко ерзаю, инстинктивно пробуя освободиться.

Айдаров притягивает меня плотнее. Держит крепко.

Его пальцы зарываются в мои волосы, собирают в пучок, а дальше он тянет, заставляя меня запрокинуть голову, все же открыть глаза и встретить его потемневший взгляд.

— Охуенно в тебе, — говорит Айдаров. — Охуительно. И ты кайф поймаешь. Со мной улетишь.

Его слова звучат как издевательская шутка.

Но у меня нет выбора.

Я его жена. И приходится уступить его похоти. Делать то, чего он хочет. Иначе… хуже будет. Помню его ярость. Не хочу это на себе испытать. Страшно мне.

Айдаров снова целует меня в губы. Жадно. Жарко. Глубоко. Проталкивая язык по моему языку так, что воздух в груди будто выжигается.

Он не двигается, просто держит меня за ягодицы. Слегка поглаживает. Не сминает, не сжимает. Просто касается. И наверное, от этого должно стать легче. Наверное, я как-то должна привыкнуть. К нему. Ко всему происходящему.

Однако не получается.

Тело колотит от холода. Все, чего действительно хочу сейчас, это как можно скорее отстраниться от него. Сбежать. Оказаться как можно дальше отсюда.

Но Айдаров не торопится меня отпускать.

А в голове мелькают его грязные фразы. Те грубости, которые он говорил мне в прошлом. Что ему нужно… много.

Лед растекается вдоль моего позвоночника.

Для меня и того, что уже случилось — много. Даже слишком. Перебор. А для него как? Вряд ли он насытился.

Надеяться можно только на его ранения. На боль, которая ему помешает. Но пока не похоже, чтобы это сильно тормозило его животные порывы.

— Вкусная ты, — выдыхает Айдаров, отрываясь от моих губ, делает шумный вдох и хрипло прибавляет: — Теперь еще вкуснее.

Он крепче обхватывает меня за бедра. Слегка двигает. Будто куклу, игрушку. Насаживает на себя. И от этого низ живота в момент сводит болезненным импульсом. Резко. Жестко. Меня буквально ошпаривает.

Не могу сдержать крик. Зажмуриваюсь. Сжимаюсь. И даже от самого незначительного движения становится еще больнее.

Бедра сводит судорогами.

— Т-с-с, — выдает Айдаров, тут же останавливаясь. — Все. Сейчас.

Его член будто из камня. И теперь кажется, еще больше. Словно становится крупнее.

Тяжелая ладонь опускается на мой затылок, гладит по волосам. А другая рука скользит выше поясницы. До лопаток и обратно.

Он дает мне очередную передышку.

Но это не помогает.

Хочется кричать.

Пусть просто отпустит. Оставит меня, наконец, в покое. Привыкнуть к этому кошмару нереально.