Книга Мой вредный профессор. Стриптиз для тебя, страница 26 – Анна Леманн

А что, если Виктор тогда подрался с Матвеем? Но на нём нет ушибов… а поверить в то, что Виктор не нанёс никакого видимого урона Матвею я не могу.

Я скоро детективом стану! Честное слово!

— Вообще-то я по тебе соскучилась, Виктор, — говорю ему прямо в лоб, иначе не поймёт. — А не по ним. И с тобой «трещать» хочу! С тобой веселиться и развлекаться хочу!

— Цветочек… — склоняет голову набок, как делает каждый раз, когда считает что-то милым.

— Виктор, не уезжай так надолго больше! — подхожу к нему ближе и жмусь к нему, напрашиваясь на обнимашки. — Мне без тебя плохо! Так скучно и одиноко, что настроения не было даже сериал посмотреть! Депрессия даже чуть не началась!

— Ты ж моя прелесть! — притягивает меня к себе в объятия, как я и хотела. — Милая, вредная прелесть.

— Я такая, — довольно мурчу и поднимаю на него взгляд. — А давай творить безумства? Наверстаем всё за эту неделю? А? — невинно хлопаю глазками, зная, как это выключает в нём все предохранители безопасности, здравого мышления и нормальности.

— Какие? — вздыхает, словно я его заставляю совершать сумасшествия. Сам идёт! По доброй воле! Я ведь не заставляю же!

— Ну, ты же помнишь, что мы поспорили? — уточняю на всякий случай.

— Эм-м…

— Что троих соблазним, — подсказываю.

— А, да, — кивает и постепенно начинает хмуриться.

Забыл. И идея об этом споре ему перестала отчего-то нравиться. Оно и понятно! Я девушка креативная. Заранее боится. Тогда был под градусом и не сразу понял. Сейчас доходит.

— Я придумала, кого тебе соблазнить! — объявляю, хлопнув в ладоши и оглядев ресторанный зал, чтобы убедиться, что нужный мне человек на месте.

— Ну?

— Соблазни маму Маши. Катю, — произношу с широкой улыбкой.

— Жену Карима? Ты серьёзно?!

— Ага! Соблазняй!

— Тогда ты Карима соблазняешь! — говорит, коварно усмехнувшись. — Ты мужа, я жену… Отличный первый раунд. Правда?

— Ты что, дурак?! — шиплю на него, округлив глаза от ужаса и обещанных перспектив после этого «раунда». Родители нас просто придушат. — Он же друг папы! И он обязательно папе скажет, а тот мне потом сделает древний японский обряд со вспарыванием живота и наматыванием кишок на палку!

Мысленно представила и содрогнулась от вида себя умирающей и с… Ужас, в общем! Не будем о таком ужасном думать. Лучше подумаем о чём-то хорошем. Например, о том, как Виктор будет выполнять моё желание по окончанию спора и его проигрышу, соответственно.

— Ты сама предложила мне жену друга отца, — Виктор пожимает плечами и с насмешкой смотрит на меня, забавляясь моим полуобморочным состоянием. — Да и про спор ты вспомнила, — хмыкает, продолжая издеваться.

— Но Катя, в отличие от Карима, не друг нашего папы, — возражаю, напоминая, что у него рисков самоубийства меньше.

Я же не злая, чтобы своего друга на верную смерть посылать. А вот он, видимо, злой! И где эта злость раньше была? Ждала своего момента? И почему я стала её первой целью?

— Зато Катя — жена Карима. И если он просечёт хоть один намёк в сторону своей жены, то меня вначале он убьёт, а потом отец с Настей. Риски одинаковы, — цокает и на короткую минутку останавливает официанта, взяв для нас по шпажке сладких канапе. Учтиво снимает с моей клубничку и съедает её сам.

У меня аллергия на клубнику. Порой я и сама забываю об этом, а вот Виктор никогда. Он всегда на страже моего здоровья.