Книга Малышка от отца жениха, страница 19 – Анна Леманн

И, в принципе, я могу молчать. И Маша сможет. Но правда все равно вскроется.

— Спасибо, — забираю напиток из его рук, но пить не планирую.

Сегодня не хочу терять контроль над ситуацией. Если молодёжь может расслабиться — для меня это непозволительная роскошь.

— Я поговорить хочу, — ожидаемо заговаривает он.

— О девушке твоей, — догадываюсь со вздохом тяжёлым.

И так все мысли о ней, а он ещё и говорить о ней со мной хочет.

От такой “радужной” перспективы даже забываю о своих намерениях не пить сегодня. Залпом осушаю стакан, готовясь к разговору.

— Да. Я был бы рад, если бы вы поладили, — произносит сын и кидает взгляд на Лебедеву. — Она хорошая, пап. Сказочная даже. Она умная и начитанная. Вам будет о чём поговорить, и Маша всегда найдёт способ поддержать разговор. Вам просто нужно найти точки соприкосновения. Я понимаю, что ты ревнуешь меня к ней и думаешь, что если мы поженимся, то я забуду тебя, но это не так! Ты моя семья! Ты мой батя, в конце концов! Кому, как не тебе, я могу поныть на жизнь?

— Скажи, а ты ее за что любишь? — задаю вопрос чуть не шёпотом.

Он может её любить.

Мою Машу может кто-то любить.

Но почему от этой мысли так хреново? Тогда, бросая её, я думал, что будет легче! Думал, забуду! Но нет, твою мать! Не забыл! Каждый день она была в моих мыслях. Каждую ночь она была в моих снах. Круглосуточно со мной.

— За то, что… — хмурится, думая над ответом. — Не знаю. Она красивая. Воспитанная. Идеальная. У неё есть всё из моего списка желаний для будущей жены.

— Глупый мальчик, — бросаю.

— Что я уже не так сделал?

— Решил, что влюбился.

— Пап! Не будем об этом! — недовольно хрипит в мою сторону. — Я знаю, что чувствую к Маше. Сейчас речь идёт о тебе и о ней.

— И что ты мне предлагаешь? — с вызовом спрашиваю.

— Жениться на ней и детей завести, — рычит на меня глупыш. — Относись к ней, как ко мне! Словно бы она твоя дочь! Просто общайся с ней, как со мной! Ничего больше не надо!

— С сарказмом и придирками? — предлагаю.

— Пап!

— Да понял я, — поджимаю губы. Даже пошутить с ним уже нельзя. Птенец вырос и расправил крылья. Готов защищать свою будущую семью и гнездышко. — Постараюсь с ней подружиться.

— Но не приставать!

— А если пристану? — не удерживаюсь от вопроса.

— То у меня челюсть вниз упадёт от того, что ты вообще умеешь к кому-то приставать, — не воспринимает меня как угрозу. — Я даже удивляюсь, как так вышло, что ты с той своей работницей закрутил. Она, наверное, сама приставала, а ты не дёргался и позволял ситуации течь по своему потоку. Верно? — издевается надо мной. Подшучивает над тем, что после смерти Олеси я всех женщин отвергал. И лишь с Машей тогда закрутил небольшой роман.

— Хуже, — тяну, толкнув его плечом. — Она меня связала и заставила.

— Какой ужас! — театрально восклицает. — Где эта женщина? Я должен ей пожать руку! Подмять такого мужчину! Жаль, что не удержала!

— Иди к Маше, — отсылаю этого шутника. — Она скучает. В телефоне вон сидит безвылазно.

— Да нет, — отвечает, взмахнув рукой. — Она проверяет, как там Эля.

— Эля? — переспрашиваю. — Кто такая Эля?

— А это… — начинает, и я вижу, как его глаза забегали.

Он что-то от меня скрывает? Кто такая эта Эля?

Поспешно встаёт и делает шаг к Маше.

— Забей! Я пойду к ней. Посмотрю, что у неё там. Может, помощь нужна, — тараторит, подтверждая мои мысли.