Книга Ребенок от босса-негодяя, страница 71 – Анна Леманн

Дождавшись, пока Алексей выйдет, оборачиваюсь к Садовской и заговариваю.

— Насть, я понимаю, что виноват. Признаю это и извиняюсь перед тобой, – говорю текст, который репетировал. – Я не мог иначе. И…

— Вот, – она перебивает меня и протягивает мне папку. – Я подготовила документы на всё твоё наследство. Оно теперь вновь твоё. Свою долю клуба не отдам. Считаю, что за два года, что я не дала тихо умереть твоему охранному агентству – я заслужила половину клуба.

— Да не нужно мне всё это, – отталкиваю от себя папку. – Насть, я поговорить хочу и рассказать всё.

— У меня сейчас нет времени на разговоры, – мнётся и я замечаю в уголках её глаз слёзы. – Мы, наконец, нашли диджея для клуба. Я должна пойти к нему.

— Но…

— Давай завтра? – ошарашивает меня своим вопросом. – Я приглашаю тебя на обед. К себе домой. Познакомлю тебя с твоей дочерью, если ты веришь, что она твоя дочь и я её не нагуляла на стороне.

— Насть! Я верю! Я знаю это! – криком произношу.

— В общем, приходи завтра на обед, – подытоживает Садовская, давая мне не просто шанс, а понимание, что между нами всё может наладиться быстрее, чем я думал. – Познакомлю с Розой, и ты расскажешь то, что хочешь.

— Я приду!

— Замечательно! – встаёт из-за стола и направляется к двери. – Агентство своё можешь обратно забрать. Теперь я не обязана пахать сутками напролёт. Хватит и клуба.

— Извини… Я оставлял Татьяну. Думал, что она займётся агентством, – говорю ей в спину, следуя за ней. Как-никак клуб тоже принадлежит мне и дела Насти – это и мои дела.

— Твоя Татьяна сливала финансы агентства на свой левый счёт, – рассказывает она. – Я её уволила по-тихому, не поднимая скандала. Но больше она такие должности вряд ли будет занимать. Карим помог.

— Я не знал…

— Теперь знаешь.

— Насть, а тот мужик? Вчера… Он…

— Да не было между нами ничего такого, Назар, – говорит, обернувшись ко мне. – Он просто помог мне, когда меня охватил шок. И будь благодарен ему. Его вчерашние слова заставили меня смягчиться к тебе.

— Ты ещё что-то чувствуешь ко мне?

— Чувствую, – кидает. – Ненависть, – бросает и следует к новому диджею, а я за ней, не отставая ни на шаг.

Теперь я всегда буду её тенью.

Настя

С трудом сдерживая себя и наплыв слёз, сажусь в свою машину. Завожу её и отъезжаю на безопасное расстояние. Паркуюсь около небольшого магазинчика с продуктами и лишь затем позволяю себе выпустить эмоции.

— Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – бью руками о руль, изредка издавая звуковые сигналы клаксона. – Зачем?! Почему?! Тебя же не было рядом со мной! Я смирилась с тем, что тебя нет! Зачем вновь появился и всё перевернул во мне?

Откидываюсь на спинку сиденья и от бессилия издаю отчаянный, болезненный, протяжный рык. Бессилия что-либо сделать с собой. Потому что ненавижу. Хочу уничтожить и при этом обнять, прижаться к нему и сказать, что люблю. Ни за что никому не отдам.

Нахожу в сумочке телефон и набираю ту, что за последние два года стала мне роднее всех, не считая дочери. Девушке, которая все два года была моей опорой и поддержкой. Порой бесила своим вечным оптимизмом. И всё же именно эта черта в ней не дала мне сдаться.

— Да, – отвечает Алиса на том конце трубки. – Как дела?

— Не разбудила? – спрашиваю, шмыгая носом.

— Да нет, – отвечает и, судя по звукам, встаёт с кровати. – У Рустама выходной сегодня. А значит, спать мне сегодня не суждено.