Онлайн книга «Волшебный пояс Жанны д’Арк»
|
Не понять. А инквизитор — фанатик. Он искренне верит, будто творит добро… Герцог устал. Он немолод, и ему хочется, чтобы это неприятное дело поскорей уже закончилось. Герцогу даже жаль неосторожного вассала, но жалости этой недостаточно, чтобы помочь. Жиль не смотрел на судей. Он говорил то, что ему велено было сказать. Признавался. Дети? Да, похищал… и вступал в противоестественную связь… и убивал… Алхимия? Занимался. И в том раскаивается перед судом и Богом, умоляя о прощении… Колдовство? Жиль сбился с речи. Признаться? Нет. Тогда ему прямой путь на костер… а так есть шанс, крохотный, но все же… инквизитор фанатик и, если убедить его в своей невиновности… убийство — не для суда церковного… передадут королю, а тот хоть и не благоволит более к Жилю, но не позволит казнить героя… — Я не занимался колдовством, — медленно произнес Жиль. — И не продавал свою душу. Он обвел судей мутным взглядом. — Пусть меня сожгут живым, если кто-то докажет, что я призывал дьявола, или заключал с ним договор, или приносил ему жертвы! На его слова толпа отозвалась воем. Им хотелось крови. — Вы упорствуете, — произнес епископ сквозь стиснутые зубы. — Да, — Жиль сумел заглянуть ему в глаза. Что он ожидал увидеть? Не пустоту… не эту бессмысленную пустоту лени. Ему ведь скучно… ненависть была бы честней… а ему просто скучно. — Обвиняемый упорствует, — медленно повторил епископ. — Вызывайте свидетеля… Кто еще? Они допросили всех… и подкупили ту женщину, которую Жиль впервые увидел в зале суда, а женщина эта клялась на Библии, будто поставляла ему детей… и так подробно рассказывала о каждом, так громко каялась в грехах… Что они ей пообещали? И тому, кто… Жиль замер. Этого свидетеля он знал. Медленно и важно, окруженный стражей, словно знатный господин, по залу суда шествовал Прелати… Жиль закрыл глаза: вот, значит, кто… Франческо Прелати говорил громко, и каждый человек в зале слышал его. И люди были заворожены рассказом этого итальянца… а он… он безо всякого стеснения повествовал и об опытах на мертвецах, которые проводил по приказу Жиля, и про демона, про волшбу, колдовство… золото… про то, что на золото Жиль покупал детей… Он был так убедителен, лжец и обманщик. Так… — Думаю, — епископ заговорил, когда проклятый монах в лживом своем раскаянии опустился на колени и испросил прощения, — вина обвиняемого доказана в полной мере. — Лжец… — Жиль произнес это шепотом, но был услышан. — Однако же он, дьяволопоклонник, продолжает упорствовать и скрывать иные грехи, быть может, куда более тяжкие, а потому… …Пытка. …Снова пытка. …Выяснения истины ради. Он слушал речь епископа, который говорил о дьяволопоклонниках и еретиках, о том, что иные, и будучи загнаны в угол неопровержимыми доказательствами их вины, все одно не спешат очистить душу раскаянием… …Каленым железом. Огнем и водой. …Они снимали с этой души слой за слоем. И Жиль захлебывался криком. Ему позволяли отдохнуть, затянуть раны, но лишь затем, чтобы вновь приняться за измученное тело. — Раскайся, — шептал епископ, который лично следил за допросом. — Раскайся во всем, и Господь смилуется над тобой. Он и вправду верил, что говорит от Его имени? Верил. И благословлял на новую боль… и Жиль держался. Он ведь к боли привычен… он ведь был ранен, и не единожды, но… там — иное, а здесь… здесь боли было слишком много. |