Онлайн книга «Мертвая»
|
Дурная слава… пусть поднимет плату. Деньги – лучший способ побороть предвзятое отношение. Диттер сидел рядом. Дышал. Пока еще. — Где флакон? – я легонько хлопнула его по щеке. – Куда ты его дел, бестолочь… В комнате. Выбрасывать не стал бы, а там… найду… ведьма я или так? Я скинула туфли, отметив, что на левой каблук сломался. Да и вовсе выглядели они так, что становилось очевидно: восстановлению не подлежат. Платьице промокло и испачкалось, зато кудряшки лежали, как свежесозданные. Вот что значит, патентованное средство. В комнаты Диттера я ввалилась, походя отмахнувшись от маленького маячка. Потом объясню и вообще… это мой дом, где хочу, там и хожу… а теперь сосредоточиться. Свет. Света много. Его следы повсюду,и дому это не слишком нравится. Нет, свет сам по себе боли не причиняет, но в родовом гнезде некромантов ему не место… что-то светилось ярче, особенно выделялась маленькая шкатулка на столике, что-то совсем тускло. Свет мне не интересен. А вот тьма… Жалкие ошметки в углах – догорающее проклятье… надо будет пройтись по дому, пока никто из незваных гостей не вляпался в какой-нибудь сюрприз. А то ведь с дома станется… еще одно в дальнем углу и под ним, кажется, заброшенный тайник. Позже посмотрю, что в нем. А вот этот темно-лиловый сполох мне знаком. Флакон обнаружился в ящике стола. И в руки дался, что можно было счесть невероятным везением – со старухи могло статься зачаровать его на дознавателя. Ложечка… обойдемся и так. В холл я возвращалась бегом, опасаясь,что все-таки не успею. Успела. Дознаватель скорчился на полу, в луже, натекшей с собственной его одежды, и мелко дрожал. Он был в сознании, что хуже всего, и даже нашел в себе силы просипеть. — Не… надо… — Надо, – у меня имелось собственное мнение. Я подняла его рывком. Кое-как усадила, всунув между дверью и бронзовой стойкой для зонтов. Благо,изготовленная лет триста тому,та отличалась должной внушительностью и немалым весом. Пробку вытащила. Принюхалась. Смесь трав и волшбы не самого приятного свойства. Кровь и… еще одно проклятье. Но… или верить, или нет… я решилась. Я задрала этому бестолковому упрямцу голову и прижала флакон к губам. А потом зажала нос… нехорошо? Зато вполне эффективно. Благо, сил на сопротивление у него не было. А что лекарство противное… нечего шляться там, где проклятья раздают. Он держался. Долго держался, слабо трепыхаясь в моих руках. Но потом сделал-таки глоток. — Вот и умница. Я убрала флакон. — Еще раз проигнорируешь бабушкины рекомендации, я тебя к ней на перевоспитание отправлю, – я погладила Диттера по мокрым волосам. — Все… равно… Он закашлялся, но… зелье действовало и, видят боги, быстро. По телу Диттера прошла судорога. Он согнулся, захрипел и пробормотал: — Ненавижу… — Это пройдет, – я похлопала его по спине и заткнула флакон пробкой. Он только вздохнул. И кое-как сел. Попытался оттолкнуть от себя подставку для зонтов, но зря она что ли на этом самом месте две сотни лет простояла? Успела прирасти… — У него… вкус мерзкий… ничего не чувствую… И губы потрогал. — На месте, – успокоила я. — А… где? Он взмахнул рукой, но поняв нелепость своего вопроса, вновь вздохнул: — Он этого не забудет… Это про серого, что ли? Будет над моим дознавателем издеваться, я ему еще один шарфик прикуплю,и самолично завяжу на тощей его шее тугим узлом. |