Онлайн книга «Мертвая»
|
— Заткнись, – велела я, – пока я не передумала. …убрать ее я всегда успею. А пока пусть побудет… опять же, наличие призраков весьма существенно влияет на цену недвижимости. А особняк слишком хорош, чтобы оставлять его без хозяйской руки. Глава 42 В машине мы с Диттером переглянулись. — И что думаешь? – он вытащил откуда-то из-под сиденья сверток, в котором обнаружилась пара бутербродов. Несколько помятые, они все же выглядели достаточно аппетитно, чтобы я приняла один. Откусила. И задумалась. Я ведь ем… и пью… и не только вино. И не только пью. Следовательно, тело функционирует. Χотя бы частично. Мертвой материи, если следовать классическому описанию, еда не нужна. И даже те же упыри дерут живых не столько из-за голода, сколько из примитивного инстинкта, который, почему-то, единственный остается в разложившихся их мозгах. Свежая ветчина. Сыр. Масло, подтаявшее и впитавшееся в хлеб. И дождь начался. Капли стучат по крыше, потоки воды закрыли лобовое стекло… и как-то уютно вот сидеть. — у них у всех была причина… думаю, если порасспрашивать родных Гертруды… …правды нам не скажут. — С Адларом ясно… а вот Патрик… он, конечно, бездельник и порой хамил изрядно, но… он не настолько был безголов, чтобы ложиться в постель с кем попало, а потом игнорировать симптомы. Он у целителя бывал каждый месяц. …и возникает вопрос, как вышло, что целитель, весьма хороший целитель, к слову, ибо Патрик всегда требовал лучшего, не заметил болезни? Или же развилась она стремительно… а ведь можно… подтолкнуть… Ореховая зараза тем и опасна, что годами способна скрываться в теле. Нет, без вмешательства здесь не обошлось… Конрад и его сестрица. Она дура… нет, не та дурочка, которая красиво прячется за маской,ибо хорошеньким дурочкам прощается куда больше, чем тем, кто претендует на ум. Эта настоящая. Чую. И лепет ее детский не раз и не два заставил мамочку скривиться. — Видел ее мамашу? – я стянула с Диттерова бутерброда веточку петрушки. – уж она-то по головам пошла бы и не моргнула… смотри, отец детишек завещание оставил, но, полагаю, не то, которое ее устроило. Конрад быстро избавился от мачехи. Сестрице… сестрице версию выдал о заботах. Само собой старушку это не устроило. — Не так она и стара. Я отмахнулась: стара или нет, но от пасынка она нашла способ избавиться. Вопрос, как… самоубийство? Еще одно самоубийство? Какой, к слову, удобный вариант… главное, пожертвовать нужную сумму в фонд жандармерии… а ещё подыскать подходящего жениха дурочке-дочурке, пока с ней не приключилось всеобъемлющей любви, которая может угрожать состоянию. Вот почему-то любовь подобная случалась к людям на редкость неподходящим. — Марте вообще родной отец горло перерезал… или не родной? Мало ли… что ты так смотришь? Это в принципе не редкость, но… Адлар, Марта… это имеет отношение к делу? — Не знаю. И я не знаю. Зато знаю, что всех их связывало. И Диттер слушал. Хмурился. Да, понимаю, все прогнило, и впору похвалить себя за скаредность, не позволившую присоединиться к кругу избранных, чтоб их… — Что ж… убийство – хороший мотив… если бы кому-то стало известно, что дочь дипломата собственноручно убивала… участвовала в запрещенных ритуалах… Ему пришлось бы туго. Короне не расскажешь, что он не при чем… |