Книга Юся и Эльф, страница 97 – Екатерина Насута

Ведро воды разбудило Глена быстрее уговоров. Он вскочил, отфыркиваясь, озираясь бешено, а на руке, главное, вспыхнуло кольцо тьмы. Интересный у него браслетик. Весьма интересный.

— Успокойся, – велела я.

— А… это ты…

— А ты кого ждал? – я ведерко отставила и ногой за спину задвинула, правда, оно не упустило случая грохнуться на пол, причем весьма немелодично.

— Мало ли…

— Ага, то есть ждал?

Глен отвел взгляд. А я велела:

— Рассказывай.

— О чем?

— Обо всем.

— Я, между прочим, вымок до нитки…

Так уж и до нитки. Спал он в кожанке, с которой вода скатилась, и в брюках, тоже от намокания защищенных, благо ботинки снять сподобился. А что до тряпок, то их я выкину, сожгу на заднем дворе, а пепел прикопаю на всякий случай, чтобы не возродились ненароком.

Глен неловко слез с печи, потянулся и поскреб живот:

— А поесть дашь?

— В рыло дам, – сказала я.

— Силенок-то хватит?

— У меня, может, и не хватит. Ничего, помощь кликну, если что…

— Этого своего?.. Нашла себе… людей мало было?

— Мало, – согласилась я, глядя, как Глен пытается пригладить торчащие дыбом волосы. Помятый, похмельный, он выглядел довольно жалко. Вот только жалость моя куда-то подевалась.

Наверное, дожди смыли.

А ведь и вправду, людей в моей жизни было немного, все больше нелюди, но и те какие-то неправильные.

— Когда ты так смотришь, мне становится не по себе, – он широко зевнул. – Выгонишь?

— Смотря до чего договоримся.

— Узнаю, всегда отличалась практичностью, – Глен обошел меня, не забыв пнуть ведро, отправив его в угол кухни. – Мне бы тогда присмотреться, глядишь, и жил бы… нормально.

Он открыл шкафчик, вытащил горбушку хлеба, которую обнюхал со всех сторон:

— А больше ничего нет?

— Не наглей.

— Я, между прочим, три дня не ел.

— Зато пил вволю, – я наблюдала за ним, гадая, стоит ли ему верить.

Опыт подсказывал, что не стоит. Как не стоит и демонстрировать своего недоверия слишком уж явно. Вот никогда не любила подобных игр.

Зато появилась интересная мыслишка. По поводу букета.

— Пил. Причины были… Твой ушастый здесь?

— Здесь.

Эль, в отличие от бывшего, обладал удивительной способностью не мешать.

— Зови, – Глен плюхнулся на стул. – С ним мне говорить интересней. Извини, но ты, ты – так, мелкая напасть, с которой они справятся. Знаешь, если б я хоть о половине того, что там творится, догадывался, когда с Мариссой закрутил… то есть это она со мной закрутила.

— И чего ради?

У Мариссы всегда имелись поклонники. И я не говорю даже о студентах, восхищенных ее красотой, а еще связями, которые к этой красоте прилагались, скромно намекая, что избранника ждет неплохая карьера.

Нет, на нее обращали внимание люди весьма уважаемые.

Почему она выбрала Глена?

Почему не племянник градоправителя? Весьма себе представительный мужчина, с которым я несколько раз видела Мариссу, а она потом отмахивалась, что, мол, пустое, зануден до невозможности. Или тот северянин, подаривший ей шубу?

Шубе я завидовала. Северянину тоже, поскольку был он высок, светловолос и собою весьма даже привлекателен.

А Глен… если подумать, то странный выбор. Ни родственников. Ни связей. Ни состояния. Даже хваленый его ум… если бы он был нужен, Глена не засунули бы в патрульные. Выходит что? Ерунда выходит.

— Ага, понимаешь, что я ей не пара? – Он все же отыскал остатки колбасы и шмат сала, густо присыпанный приправами. Откуда оно взялось, я понятия не имела. Но сало было.