Книга Невеста по спецзаказу или Моя свекровь и другие животныe, страница 27 – Екатерина Насута

Нет, детей я не хочу.

Детей я боюсь.

Во младенчестве они розовые, обманчиво хрупкие и орут нечленораздельно. А подрастая, орут уже членораздельно, но от этого легче не становится.

Откуда тогда…

…дом.

…замужество. Любая самка мечтает о сильном самце.

Я не мечтаю.

Не я мечтаю.

Я отложила вилку и отодвинула тарелку с недоеденным стейком. Я была сыта и полна сил… и возмущения.

— Прекратите, — сказала я, глядя в глаза рептилоиду, и тот дернулся, поспешно отвел взгляд, чем подтвердил самые страшные мои опасения.

Меня зомбируют.

— Это не я!

Рептилоид поспешно вскочил.

— Все равно прекратите, или… или… не знаю, что я с вами сделаю!

— Вам не причинят вреда, — это произнес не рептилоид, голос я узнала, а вот существо… это хорошо, что я тараканов не боюсь, как не боюсь кузнечиков и прочих представителей инсектофауны. — Поверьте, все, что мы делаем, делаем исключительно для вашего блага.

— Это… вы?

Глупый вопрос. Если это и не он, то так и скажет… однако работает у меня фантазия. Может, очнувшись, стоит в писатели податься?

Сочиню историю о любви без границ.

В космосе.

Продам… разбогатею… куплю себе новые туфли.

— Прекраснейшую Агнию-тари смущает внешний мой вид? — существо произносило слова нараспев. — Мне сказали, что готовы вы принять естественное обличье мое.

И существо повернуло голову к рептилоиду.

— Готова, — подтвердил тот. — Она не собирается лишаться сознания.

— Не собираюсь.

Наверное, трудно упасть в обморок, уже в нем пребывая. Да и вид… пожалуй, несколько необычен, но и только. Ныне было в Ицхари что-то не от кузнечика даже, от богомола.

Высокий.

Хрупкий с виду, хотя я осознавала, что хрупкость эта — не более чем иллюзия. Хитиновый панцирь куда прочнее моих костей.

Вытянутая голова с парой фасеточных глаз.

Ветвистые усы-веера.

Массивные, угрожающего вида жвалы, которые медленно шевелились, будто Ицхари что-то пережевывал. Выпуклая грудь с двумя парами конечностей. Узкая перемычка. Массивное, бледное брюшко, обернутое полупрозрачной тканью… точнее, сперва мне это показалось тканью, но потом я поняла. Не ткань. Крылья.

— И не кричит.

— Не кричу, — согласилась я. Странное спокойствие удивляло меня саму. Раздражал не столько вид Ицхари — подумаешь, насекомым уродился, всем по-разному в жизни не везет — сколько внушенное желание выйти замуж.

А в том, что желание это мне внушили, я больше не сомневалась.

— А… почему вы раньше… выглядели… иначе? — в общем-то вопрос логичный, странно, что задаю я его с трудом. На языке вертятся другие.

О гнезде.

О женихе… я затрясла головой и палец сунула в ухо. Не знаю, как они воздействуют на раненый мой мозг, но живой не дамся…

— Мы действовали согласно установленному протоколу, — провозгласил рептилоид. — Особи вашей группы чрезвычайно легко возбудимы и, несмотря на объективную разумность, слишком остро реагируете на новое, но благосклонно относитесь к особям своей видовой группы…

Чудесно.

Но при всем своем желании я бы в жизни не приняла насекомое за особь своей видовой группы.

— Был использован стандартный псевдооблик, — пояснил Ицхари.

Что ж, объяснение вполне в духе моей галлюцинации.

— А почему я вас понимаю?

…потому что сложно не понять себя же. Но мне было интересно, что они ответят. Ведь должна же я получить объяснение в рамках нынешней фантазии. И рептилоид не подвел.