Онлайн книга «Белая башня»
|
Скорее уж заныла, немея, кожа. И он утратил возможность шевелить губами. На долю мгновенья перехватило дыхание. — Потерпи, — теперь в голосе Маски почудилось сочувствие. — Первичные каналы проложены очень грубо. Я постараюсь исправить, но потребуется время. Времени не было. Из раскрытых ворот вывалились люди. Дюжины две. С факелами, с какими-то палками, причем на некоторых виднелось что-то круглое знакомое с виду. Головы. Вон та, с длинными волосами, явно женская… а те две, которые меньше… — Господин, — Акти тронул за руку. — Надо уходить, господин… эти люди опасны. Если они нас заметят. Вопль, что сотряс ночь в очередной раз, явно показал, что их все-таки заметили. Люди остановились. Если Верховного убьют, а вряд ли те, кто направлялся к нему, имели иные намерения, эта смерть будет очень глупой. — Господин, — в голосе Акти звучало отчаяние. Бежать поздно. Он не так хорошо бегает. И стало быть… Верховный сделал шаг навстречу этим… кто они? Грязные, покрытые чем-то темным. Кровью? И пеплом, кажется. Или песком. Или чем-то еще. Взгляд прямой. Спокойный. И они чувствуют это. — Дай мне пару мгновений, — Маска что-то делает, с телом Верховного, с собою ли… не важно. Рука наливается ноющей болью, но это тоже не имеет значения. Верховный замедлил шаг. Как и те, кто шел навстречу. Отметил, что Акти не сбежал. Мог бы. Он мелок и ничтожен, и вряд ли кто-то стал бы искать. А уж чего проще, затеряться в сумраке улиц. Но нет. Остался. Хороший мальчик. Жаль, если убьют. Хотя где одна глупая смерть, там и две. Из толпы выдвинулся человек. Был он огромен. Кожа его отливала той характерной чернотой, что свидетельствует о южной крови. Круглая голова, покрытая шрамами, почти утопала в бугрящихся мышцах плеч. Она казалась вдавленной, и плоская со вмятиной макушка навевала на мысли, что когда-то на этого великана упало дерево. Или кто-то по недомыслию огрел его дубиной. Великан остался жив, но… Кто взял его в дом? Безгубый рот. И оскал. Зубы подпилены. Левого клыка не хватает. Грудь и руки тоже покрыты шрамами, но эти нанесены явно специально, и складываются сложным узором акульей чешуи. — Ты смел, — а вот говорит великан чисто. И стало быть, или давно живет в городе, или вовсе появился на свет тут. — Золото? — он прищурился. — Отдай, и останешься жив. — Как тебя зовут, человек? — А тебе что за дело? — Зачем ты убил их? — Верховный указал на головы. Незнакомые… мужчина. И еще один. Двое — помоложе, сыновья? Женщина. И две детские. — Потому что мог. — И только? — А тебе какое дело? — Хочу понять, чем заслужили они… — Да двинь ты ему, Зах! — из толпы высунулся еще один человек, узколицый, бледный и с нервным лицом, которое то и дело сводила судорога. — Хватит болтать! — Помолчи, — великан выставил руку. — Ты хочешь знать, чем заслужили они… а чем заслужил я плеть? Он чуть склонил голову, и Верховный увидел свежие раны, еще сочащиеся кровью и гноем. — Тем ли, что пал на колени перед хозяином, умоляя пощадить жену? А её вина? В том ли, что не доглядела за дитем и оно коленку расшибло? Это со всеми детьми случается. А её… Лик великана потемнел. — И поэтому вы убили и детей тоже? — Это… — он махнул огромною рукой. — Не я… я не велел… но люди… люди порой такие… — Нелюди, — заключил Верховный. — Твои гнев и боль утихли? |