Книга Советник, страница 122 – Екатерина Насута

Винченцо стряхнул пламя с рук. Догорит. Пусть и не дотла, но от костей вреда не будет.

— Небось, ваши, - буркнул Такхвар недовольно.

— Почему?

— А кто еще? Рабы? Они вона…

В лагере на той стороне рва всю ночь горели костры. Жгли ли там мертвецов, или же сами по себе пытались огнем очистить воздух, Винченцо не знал.

Но да, никто не стал бы тревожить по-за ради рабов. Или невезучих наемников, оставшихся на той стороне.

Что ж, значит Карраго… самое время.

Винченцо оглянулся на замок. Услышала? Этот хриплый рев невозможно не услышать. И в крохотных бойницах окон мелькнули тени. Люди? Или показалось?

— Идем, - он похлопал себя по рукам.

Жалкое зрелище.

Мятая одежда, которая, наверняка, пованивает не только дымом. Воду таскать некому, как и стиркой заниматься. Да и вовсе теперь это кажется лишним.

Пыль.

И сам он явно не в лучшую сторону изменился. Миара… тоже.

— Может, барона дождемся? – Такхвар не горел желанием впускать незнакомого мага в замок. И мнение его Винченцо разделял всецело.

Вот только отсидеться не выйдет.

— Нет. Он не любит ждать.

А вот появление у ворот Дикаря ничуть не удивило. За ним тенью держался Тень, умудрившийся тоже не заболеть, чего нельзя сказать о его сыне.

На редкость невезучий парнишка.

Но живой.

Пока.

И если… если у Карраго и вправду есть лекарство, то на что Тень пойдет, чтобы получить его? Ответ Винченцо знал.

— Ворота открываем, а вот решетка пусть постоит, - Дикарь потер глаза, красные от бессонницы.

— Решетка магу не помеха.

— Может, и так. Но сдается мне, сразу воевать он не полезет. А если так, то сперва глянем, что там за хрен с горы нарисовался.

— У тебя весьма образный язык, - заметил Винченцо. И с трудом сдержал улыбку. Почему-то подумалось, что Дикарь не оценит этакого высокого знакомства.

Определенно.

Глава 30

Ирграм

От запаха мертвечины чесался нос. И он чихал. Раз за разом. Мертвецы не пугали, отнюдь. Все же он слишком долго был магом, чтобы не привыкнуть к покойникам. Да и болезнь не внушала страха. Ирграм нутром чуял, что для него чума не опасна.

Хуже, что запах этот напрочь перебивал другие.

Особенно тот, нужный.

Ирграм ведь искал.

Старательно.

Не только он. Другие тоже. Ирграм не был уверен правда, ищут ли они то же, что и он сам, но подозревал, что да. Впрочем, их поиски тоже были безуспешны.

Иначе он бы услышал.

Понял.

А так… он чувствовал шкурой темный полог силы, которая сочилась словно бы из-под земли. Но в подземелье она как раз и не ощущалась.

Он спускался. Дважды.

И оба раза испытал огромное разочарование. Правда, после понял, что, кто бы ни принес второй камень, он вряд ли сумел бы проникнуть на нижние этажи.

Да и зачем?

Если в камне скрывалась болезнь, то выпускать её следовало там, где людей будет больше.

— Все-таки ты выглядишь жутковато, - заметила магичка, яростно отскребая с рук желтый жир.

Она злилась.

Она все время злилась, и эта злость кипела внутри, не позволяя падать от усталости.

— Вы не лучше, - Ирграм держался у стены, в стороне от окна. День. И опасная близость солнца ощущалась даже сквозь камень.

— Да уж, - Миара провела ладонями по волосам. – Твоя правда.

Грязная. И волосы тоже. Слиплись, склеились в эту вот косу. На шее появились темные полосы. И такие же – на запястьях. Платье пропахло потом, смертью и дерьмом. И пусть она упорно меняла их поутру, но новые платья вбирали в себя запахи моментально.