Книга Дикарь, страница 44 – Екатерина Насута

Он повернулся спиной.

— Зачем? — Миха сделал шаг к клетке. — Ты. Помогаешь.

— Затем, что ты, может, и дикарь, но крайне полезный. И клетка не всегда будет заперта.

— Чего хочешь? На самом деле.

Михе как-то вот не верилось в этакую вдруг благотворительность. С другой стороны, какие у него варианты?

— Мне казалось, я уже говорил. Просто убей.

— Кого?

— Всех, до кого дотянешься. Магистра первым.

— Не могу.

— Заклятье?

Миха кивнул. Неужели он бы не попробовал. Он и пробовал. Особенно в первые дни, когда гнев брал верх над разумом.

— Это временное. Действие его слабеет. Да и вот, — на ладони мага появился бледный осколок стекла. — Возьми. Проглоти. Не бойся, вреда он не причинит, во всяком случае по моим расчетам не должен.

— Что это?

— Это? Это то, что уничтожит Империю. И город магов, если повезет, — маг оскалился. — Эти камни способны впитывать силу и хранить её. Ментальные конструкты, а твое подчиняющее заклятье к ним и относится, чтоб ты знал, весьма тонки. И хрупки. Не буду уверять, что камень поглотит его полностью, но структура будет нарушена. А дальше все зависит от тебя. Насколько сильна твоя ненависть.

— А твоя?

Улыбка мага стала еще шире. А вот ответить он не ответил. И камень не убрал.

— К слову, советую не удерживать его в организме. Все-таки ты создание во многом искусственное, нуждающееся во внешней стабилизации.

Много слов.

Камень падает в ладонь. Крохотный. Миха помнит, что неограненные бриллианты выглядят вот так же, мутными стекляшками. Правда, не помнит, что такое бриллианты, но разве это важно.

— Не боишься? — он прячет камень за щеку. И тот ощущается куском льда.

Неприятно.

— Чего?

— Я и тебя могу убить.

— Если есть желание, попробуй, — маг смеется и громко. А остмеявшись, продолжает. — Ты все-таки дикарь. И наивен. Убить мага куда сложнее, чем какого-то там мастера боя. И шанс у тебя будет лишь один. Не упусти его.

Камень проваливается в желудок. И странное дело, Миху мутит.

Он ел мясо с земли. Он грыз кости.

Хлебал протухшую воду. А мутит от камешка. Но тошнота успокаивается, а по телу расползается неприятная истома. Хочется прилечь.

— Иди, — маг указывает на клетку. — Тебе надо привыкнуть.

Привыкать пришлось долго.

Камень никуда не делся. Миха чувствовал эту ледышку внутри себя. И то, как она жгла, как мучила, заставляя глотать кислую слюну. В какой-то момент он почти отключился, правда, очнулся, стоило возле клетки появится рабам. Они закрепили на клетке веревки. А уж дальше несуразное существо, похожее на железного краба, подняло её. Миха даже привстал, разглядывая очередного, сотворенного магией, уродца. Клетку установили на металлическом панцире, где нашлось места еще паре. В одной сидел белоснежный зверь хищного вида, в другой — нечто косматое, свернувшееся шаром.

Отличная компания.

Просто мечта.

Миха тоже лег и прикрыл глаза. Краб двигался неспешно, и панцирь его покачивался, и создавалось ощущение, что это сам мир качается, убаюкивая. Хищная тварь заворчала, но тоже как-то не зло, растерянно скорее.

— Успокойся, — сказал ей Миха, не открывая глаз. — Все равно ничего не сделаешь.

И добавил.

— Пока.

Краб прополз за решетку, которая обычно была закрыта. Он двигался в коридоре, довольно просторном, если для людей, но теперь края панциря едва не касались стен. Коридор прервался очередной решеткой. А за ней уже обнаружились ворота.