Книга Эльфийский апокалипсис, страница 230 – Екатерина Насута

— Радует! – вскинулась Любима. – Конечно радует. Просто обидно, что я опять все пропустила. И словно бы ни при чем.

— Опять?

— Меня всю жизнь опекали. Оберегали, жалели… Дед, Вася, остальные. Я была маленькой и слабенькой, и потому меня ни к чему серьезному не допускали. А я и не стремилась особо. Зачем? И так хорошо. Меня все так любили, что я просто не могла представить, что может быть иначе. Что не все люди добры, что проблемы есть. Точнее, я знала, что есть, но разве можно тратить жизнь на проблемы? Вася мне казалась чрезмерно серьезной, она только и говорила, что о финансах, реструктуризации долга, лизинге… это ж скучно. А жить когда, если заниматься сараями, коровами и производственными линиями?

Или юридическими казусами прошлого. Делами, которые случились давным-давно, и участников этих дел не осталось, и причины тяжб давно истлели, а Калегорму интересно. Он словно… сбегал?

Пожалуй.

— Я пыталась развеселить ее, увлечь чем-то. Она меня – втянуть в дела, поручить их часть, но, честно, я не слишком старалась, привыкла, что и без меня справляются. А потом любовь. Такая большая-пребольшая. Как в книгах и кино, когда сердце навстречу и душа того и гляди треснет, не выдержав свалившегося на нее счастья. Понимаете?

— Понимаю.

— Вы… влюблялись?

— Да. Случилось. Но неудачно. Она предпочла другого.

— Извините, – Любима смутилась, – это, наверное, не мое дело.

— У меня характер тяжелый. Занудный.

— Да ладно!

— Занудный, занудный…

— Вы просто стараетесь докопаться до сути вещей. Я же видела!

Спорить с женщиной бессмысленно.

Да и не хотелось совершенно. Не сейчас, когда ночь, звезды и конопля за спиной шелестит, будто напевая о чем-то.

— Анатолий, он был легким и таким… прям идеальным. Это я теперь понимаю, что надо было подумать, откуда такая идеальность. Он говорил именно то, что я хотела слышать. Что жизнь – это радость и счастье, что нельзя топить ее в бытовых проблемах. Что мироздание слышит запросы и отвечает на них, и потому излишняя мрачность притягивает неприятности. Что ко всему надо относиться легко, тогда и жизнь будет легкой. Дура, да?

— Знаете, мой брат ко всему относится с легкостью. И у него получается. Не знаю как. Я пробовал, как он, но вместо легкости получал ворох проблем, которые с течением времени почему-то не разрешались сами собой. У меня. А у него – вполне. Это, наверное, природное свойство. Он даже невесту себе нашел случайно.

— Это как? – Любима явно удивилась.

— Его отправили с миссией… посольской. Он все-таки старше меня. На целых полчаса. И считалось, что должен быть более ответственным. Задание простое – продлить существовавший уже три сотни лет договор о торговле. Род – из числа старых партнеров. С братом отправился советник рода, и в целом сопровождение было достойным…

Калегорм вспомнил то удивление, которое испытал, узнав, что брат не справился.

Просто не доехал.

— Его-то и отправили лишь затем, чтобы уважение выразить, признательность и все такое, а он заблудился. В приграничье. Отошел искупаться, провалился, и его унесло течением. – Рассказывать об этом сейчас было забавно. А тогда матушка пришла в ужас. Да и не только она. – Когда пришло известие, род едва не начал войну. Заподозрили, что брата моего убили.

— А говорят, эльфы не воюют друг с другом.