Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
Бодро застрекотали пулеметы, но это зря… Пятименко потряс головой и оглянулся. «Варяг» закончился, и певец завел «Дубинушку». — Ухнем… – проворчал вставший рядом Зеленчук, вытирая кровавые сопли. – Сейчас мы этим падлам ухнем так, что… Поле теперь расстилалось во все стороны, будто и не было никогда ни города, ни дороги, к нему ведущей. — Что за… – Зеленчук оглянулся. Нет. Сцена на месте. И фургоны. И столб, куда Пятименко подумывал забраться. А что? Призы обещали приличные, можно и поразвлечься. Столб никуда не исчез, но теперь во все стороны от него расстилалась седая равнина, над которой поднимался туман, намекая, что развлечения будут иными. Более привычного толку. Мертвецы вставали молча. И было ощущение, что туман вытягивал их из серой земли и лепил из нее же, и потому пули проходили сквозь тела, будто покойники эти были призраками. Только… не были. — Погоди, – Пятименко положил руку на плечо товарища, – давай-ка иначе… – Сила слушалась плохо, словно спала, убаюканная, подавленная тишиною. Но все же откликнулась и выплеснулась, пролетела огненной косой, проложив широкую просеку. – Так оно получше будет… – пробормотал Василий, испытывая острое желание перекреститься. Поле расстилалось во все концы, как и шеренги покойников. — Какие-то они совсем древние. – Зеленчук выпустил вихрь, который промчался, сминая и перемешивая мертвые тела. – Вон, в доспехе… Черные лица. И черные шлемы. Черные лошадки, махонькие, будто игрушечные. Щиты, копья… Истлевшие стяги… — Монголы, – дрогнувшим голосом сказал кто-то, – у нас, походу, орда восстала. Надо бы центру доложиться. — Доложатся. – Семенчук был тут же и, окинув взглядом орду, добавил: – Татаро-монгольского ига нам как раз сейчас и не хватало… Ну что, богатыри-затейники? Что встали? Или особое приглашение надо? Вперед… Расчехляем… Полупрозрачная волна поднялась откуда-то с края поля, чтобы ударить о щит, и Пятименко покачнулся от вложенной в удар мощи. А еще вспомнилось, что школьный учитель говорил, будто ордынские шаманы отличались нечеловеческою силой. Кадило? Хрена с два их кадилом возьмешь. Хорошо, что ракетницы захватить додумались. Софья Никитична, конечно, спешила, но не так, чтобы в спешке этой потерять голову. Некромант в целом не имеет права терять голову, если, конечно, планирует жить долго и счастливо. И действительно жить, а не существовать личем. Потому сейчас она сосредоточенно контролировала процесс, благо сил в этом месте скопилось изрядно, и откликались они с немалою охотой. Это неправда, что мертвецы не имеют собственных желаний. Еще как имеют. Особенно те, которые уходили долго, мучительно и успели осознать что неотвратимость смерти, что собственную беспомощность перед тем, кто в этой смерти виновен. И теперь, получив шанс отомстить, они готовы были меняться. Наверное, со стороны это гляделось жутко. Во всяком случае, рядом не осталось никого, кроме Якова. — Тебе тоже необязательно смотреть. – Софья Никитична с благодарностью приняла платок и кружку воды. Вода была холодной, просто-таки ледяною, и пить пришлось маленькими глоточками. Она бросила взгляд на дракона, походившего сейчас скорее на огромный ком из плоти и костей. — Мне интересно. — И не пугает? — Пугает, – честно признал Яков. – Еще как. Никогда не задумывался, какою силой обладают некроманты. |