Онлайн книга «Эльфийский сыр»
|
Сидеть на чьих-то руках было приятно. Особенно когда этот кто-то просто нес, а не пыхтел и жаловался, что Таське бы скинуть пару килограмм, а лучше пару десятков… — Пришли, – сказал Ведагор. А Бер тотчас заорал: — Сашка, выходи! Нам сваливать пора! Глава 27 О том, что маму волновать не стоит Доктор, не молчите, скажите правду… почем я болен? Снимки получились так себе. Дело даже не в разбитом и опухшем Сашкином носе, который вполне себе гармонировал с парой свежих фингалов, отчего вид его императорского величества был далек от величественного. Причем император наотрез отказался уступать место, сказав, что момент исторический и требует высочайшего присутствия. В знак расположения. Благословения. И всяческого высочайшего одобрения творящегося беспредела. Так же дело было и не в нарядах. Боярские смотрелись роскошно и выделялись на фоне черных костюмов охраны, а все вместе подчеркивали хрупкую красоту эльфийского платья. Хорошо получилось. Контрастно. Лицо вот у Маруси было таким… заледеневшим. Нехорошим. И Таська, на сестру поглядывая, хмурилась. Но улыбку для снимка выдавила. И переделать бы, но… Иван сильно подозревал, что изобразить счастье с должным градусом достоверности не выйдет ни у кого. Сойдет. Пользуясь наличием сотовой связи, он сбросил снимки бабушке. И, подумав немного, в свою ленту тоже кинул. Вполне себе публичное заявление по нынешним-то временам. «Моя прекрасная невеста». Надпись тоже кривоватая, пошлая в своей обыкновенности, но в голову ничего больше не лезло. Ему ж не для красоты, а для дела. — Да что случилось-то? – Сашка свистнул и в воздухе заклубился туман, превращаясь в коня. Тот тоже поглядел вопросительно. — Случилось. – Бер посмотрел на брата, который не сводил взгляда с Сашки. – Ведагор… знакомься… это Александр… — Да знакомы… кажется? — Кажется, – подтвердил Александр и руку протянул. – Все только кажется. — Вот и я так подумал. – Ведагор руку пожал осторожно. – Значит… мальчик Саша из хорошей семьи? — Хочешь сказать, что из плохой? Бабушка не ответила… А вот дядя трубку поднял и, раньше, чем Иван успел произнести хоть слово, рявкнул: — Чесменова я папой звать не буду! — А… надо? – осторожненько поинтересовался Иван, уже понимая, что не стоит беспокоить дядю своими проблемами. У него явно что-то да случилось. Раньше он подобного не позволял. И при чем тут Чесменов? Кто это вообще такой? — А, Вань, это ты… – Дядя разом успокоился. – Где матушка не знаешь? — Матушка? А… бабушка… нет. Дозвониться не могу. Она вроде бы на море собиралась… или на воды… — Вот и я дозвониться не могу. – Тон дядюшки был мрачен. – Как ты? Иван огляделся. Посмотрел на дворец, что сиял и переливался в отдалении. На Сашку с фингалами. Бера, который что-то Таське втолковывал, явно успокаивая… — Неплохо… в целом… я хочу о помолвке объявить… точнее, по эльфийским обычаям я уже как бы объявил… хотелось бы еще по человеческим. Ну и просто предупредить, если оттуда звонить станут. А то у нас связь не всегда работает. — Хоть кто-то предупреждает… – буркнул дядюшка. – Ладно… тебе жениться нельзя, помнишь? — Жениться нельзя. – Иван посмотрел на Сашку, который старательно корчил рожи, явно что-то пытаясь сказать, но то ли корчил плохо, то ли физия порченая мешала пониманию, то ли Ивана природа обделила талантом царедворца, но понять высочайшую волю не выходило. – А помолвку можно… я снимок сброшу. И данные. |