Онлайн книга «Эльфийский бык 1»
|
Почему бы и нет. Капля… и второй. Третьей. Иван переходил от коровы к корове, и те тянулись, норовя выпросить ласку. Вздыхали, выдыхали жар, который окутывал руки. А сила… сила растворялась в огромных телах. Её им все же не хватало здесь. И потому… — Что ты делаешь? — поинтересовался император и тоже потянулся к корове, но та отпрянула и гневно замычала. — Не подходи, — попросил Иван. — Ты ж огненный, а огонь они не любят. В природе огонь — это чаще всего беда. — Ага… — И силу убери. — Закрыться? — к счастью, Его императорское величество оказались разумным человеком. — А я? — Бер приближался к ограде бочком, не спуская с коров настороженного взгляда. — Мне потрогать можно? — Не знаю, — Иван осмелел достаточно, чтобы почесать ближайшую корову за ухом. И та наклонила голову, замычала, требуя еще ласки. Пальцы Бера коровы обнюхивали с опаской, но без явной неприязни. — Мягенькие какие… — Их вычесывают… — Ага, а шерсть прядут… — тотчас вылезла Леля. — А из пряжи потом платки можно. Тетка Анна умеет. Красивые выходят. Раньше на ярмарку торговать возили. — А теперь? — А теперь вот… кто ж нас пустит. — А кто не пустит? — уточнил император, вытащив откуда-то черный блокнотик. — Лучше поименно. — Ну… в Осляпкино — Свириденко. И еще Тополев… — Тополева знаю, — Император что-то в блокнотике черканул. — А Свириденко по какому праву не пускает? — Он же хозяин, — Леля хлопнула корову по морде. И главное, не боится же, что раздавят, вон, проскальзывает меж коровьими тушами, расталкивая и разгоняя. — В Конюхи как-то пытались выехать и дальше… так стали требовать… — Что? — Сертификаты. И документы… регистрацию, что мы эти… предприниматели. А мы ж свое, какие предприниматели? Тетка хотела ремесленником оформится… — И? — Отказали… что-то там написали… не знаю. Тетка злая очень была. Сказала, что Свириденко там всех купил… — А дальше? — А дальше нам нельзя ехать. Пока безмужние. Ну все, поластилась и иди… а ты им нравишься, ушастый! — Не я, — поправился Иван. — Сила… и да, там они как бы это… не болеют, но и возраст уже. Сила поправит, что можно поправить. — Тогда ладно, — Леля расцвела прямо. — Тогда хорошо… если поправит, то я сама вам молоко носить буду! Так, по очереди… а ты и других посмотришь? — Других? — Иван несколько опешил. — Ага… это ж последние. Основное стадо ушло уже, а тут мы чуть припозднились… — Посмотрю. — Тогда вечером? Я позову. В коровник… в коровнике оно удобнее будет. Иван рассеянно кивнул и спохватился: — Погоди, а сколько их всего-то? — Всего? Так… — она чуть нахмурилась и принялась загибать пальцы, причем шествующие мимо коровы ничуть Лелю не смущали. — Триста… двадцать выходит. — Сколько⁈ — Триста двадцать… мало осталось. — А было? — Было? Было втрое… но это когда еще. Ну да ладно, мне пора. Вечером, стало быть… остальных глянешь, а то и вправду, погрустнели. И быка… про быка не забудь… Голос Лели рассыпался, да и сама она словно растворилась в рыже-буро-черной коровьей реке. Да и сами коровы раз и сгинули, оставив после себя лишь пустую, пыльную слегка улицу, да пару свежих лепешек. — Надо же… срут, — зачем-то произнес Бер. — Ну да. А что? — Иван почувствовал, что голова кружится и оперся на ограду. Это он круто выложился, сам и не заметил, как… и сколько было? Десятков пять. Стоило считать, право слово… |