Книга Хроники ветров. Книга суда, страница 88 – Екатерина Насута

— Я хочу, чтобы ты выжил.

— Зачем?

Ихор молчит. Правильно, он тоже не знает, зачем жить. Никто не знает. Сначала была одна цель, потом другая, потом цель отошла на задний план и появилась Джулла. Джуллу отняли, но и цель не вернулась, точнее она существовала, но как бы сама по себе, отдельно от Вальрика.

— Зачем выжил ты? Зачем продолжаешь жить, учишь меня и других тоже? Зачем живет Шрам? Хозяин? Вся Империя? Какой в этом смысл?

Ихор встал, поднял клинки и со вздохом ответил:

— Дело не в смысле жизни, и не в горбуне, ты просто перегорел. Не вовремя, до чего же не вовремя… я должен буду принять меры, так что извини.

— Мне все равно.

На песке остаются следы, но достаточно провести рукой, и следы исчезают… похоже на жизнь.

Место Вальрика в столовой было занято. Как-то он привык садиться в самом дальнем углу, да и к тому, что желающих сесть рядом не находилось, поэтому и удивился.

— Да ты давай, садись, - Шрам любезно подвинулся. - Поговорим.

— О чем?

Вальрик сел, установившееся внутри мутное спокойствие слегка покачнулось, но… ненависть - часть жизни, тем, кто собирается уйти, не должно обращать внимание на подобные эмоции.

— О чем-нибудь, - Шрам улыбнулся, и спаянная рубцом губа некрасиво задралась, обнажая клык. Зубы у Шрама желтоватые, неровные, на щеках темная щетина, кадык нервно подрагивает. - Можно о погоде. Или о бабах… ты извини, что так получилось, я ж не хотел.

Солонка. Вилка. Тарелка. Едва заметная трещина на белом круге, если сосредоточится на деталях, для ненависти не останется места. Шрам сжимает вилку в кулаке, тонкие пальцы, квадратные ногти с темной каймой грязи, родимое пятно под косточкой мизинца.

— Кто ж знал, что так повернется, да и сама в петлю полезла. Я ж к ней сначала нормально, по-человечески, а она брыкаться. - Шрам вздохнул. - Ну а я ж человек вспыльчивый, вот и поучил маленько. Ты уж извини, если б знал, чем повернется, постарался б поласковее.

Вдох-выдох. Не отвлекаться. Дышать. Ровно. По счету. Главное, не соскользнуть: убить Шрама здесь не получится, значит… значит нужно выждать момент и убить его в другом месте, чтобы наверняка. С трудом завоеванное спокойствие расползалось гнилой тканью.

— Что-то ты побледнел, дружище. Переживаешь? - Шрам сочувственно похлопал по плечу. - Брось, была эта, будет другая… один хрен, а нервы беречь советую, иначе недолго протянешь. Ихор, конечно, надеется, что ты в этом сезоне победителем выйдешь, только зря, я уже третий год приз беру и уступать не собираюсь, особенно тебе.

Выдох затянулся. Легкие горят, требуя воздуха, но боль отрезвляет, помогает удержаться в сознании и Вальрик терпит.

— Так что ты постепенно привыкай к мысли о смерти. Хотя, кажется, ты уже привык. Ну да все равно удачи!

— Ну, с возвращением, - Ихор протянул саблю. - Пришел в себя?

Вальрик кивнул. Пришел, если, конечно, случившееся можно назвать возвращением. Был бы выбор, он бы остался в прежнем состоянии покоя, но здесь никому не было дела до его желаний. Клинки новые, отполированные до блеска, с перевитой кожаным шнуром рукоятью, которая удобно ложилась в руку. Почти подарок, но прежде, чем воспользоваться этим подарком, Вальрику нужно было выяснить одну деталь.

— Шрам с твоей подачи подошел?

К чести Ихора отнекиваться и отпираться он не стал.