Книга Хроники ветров. Книга цены, страница 45 – Екатерина Насута

— Эй, ты меня вообще слушаешь? - Резкий окрик Карла заставил оторвать взгляд от орнамента. - И как давно ты вот так ходишь?

Вальрик пожал плечами. Давно. Или нет? Несколько часов, а вот давно это или не очень давно он оценить не в состоянии. У него вообще сейчас состояние странное, и стыдно, и противно, и спать охота…

— Повязку сам делал… понятно. Ладно, разбираться, кто виноват, а кто нет, будем позже. А сейчас встал и в медблок. Давай, давай, подымайся, пару минут назад ты демонстрировал чудеса бодрости, а теперь вдруг поплыл. Раньше надо было думать …

В медблоке было пусто и чисто. Белые стены, белый пол, выложенный небольшой, с ладонь, плиткой, белый потолок и яркий свет, тоже белый. Пространство давило своей вызывающей первозданной белизной и Вальрику захотелось немедленно уйти, а то еще вдруг ненароком испачкает пол…

Уже испачкал. Красные пятна на белой плитке выглядели оскорбительно.

— Садись. Вон туда, и руку на стол, - приказал Карл, переступив через пятна.

Вальрик послушно сел на низкое сооружение, похожее на причудливо изогнутую узкую - как уместиться - кровать.

— Руку, руку давай, герой.

— Измажу, - стол был застелен тонким полотном, все того же чисто белого цвета, а рука вся в крови.

— Ничего, постирают, - отозвался Карл. Он снял пиджак, закатал рукава рубашки и, насвистывая под нос какую-то веселую песенку, мыл руки. Потом долго и тщательно - Вальрику показалось, что слишком уж тщательно - вытирал их. Потом раскладывал на длинном, почти бесконечном подносе из блестящего металла такие же блестящие инструменты, чем-то похожие на те, которыми пользуются палачи… Вальрик наблюдал за приготовлениями равнодушно, больше всего хотелось закрыть глаза и поспать. Ну и еще убрать испачканную кровью скатерть, потому что красное пятно на белом фоне совершенно не вязалось с этим чистым блестящим белым миром.

— Больно? - Карл слегка нажал на руку чуть выше раны. Нажатие Вальрик почувствовал, а боль - нет. Он отрицательно покачал головой, и вице-диктатор удивленно хмыкнул и, сжав руку в другом месте, на этот раз чуть ниже, спросил.

— А здесь?

— Тоже нет.

— Что, совсем не больно?

— Совсем.

— И давно?

— Давно. В Святом городе, когда… допрашивали, - слово «пытали» показалось Вальрику неприятным. - Сначала было больно, потом боль исчезла и все.

— Бывает, - ответил Карл. - Что ж, в данной ситуации оно и к лучшему, обойдемся без наркоза.

И включив круглую лампу, свет от которой был настолько ярким, что Вальрику пришлось зажмуриться, Карл склонился над раной.

— Ну, пациент скорее жив, чем мертв, в следующий раз, когда соберешься с кем-нибудь… потренироваться, будь добр, помни, что кости, они ведь не железные… особенно если по старому и плохо заросшему…

Вальрик кивнул. Сидеть с закрытыми глазами было приятно. Затылок опирался на выложенную плиткой стену, а сквозь сомкнутые веки пробивался свет от лампы, чуть розоватый и нисколько не раздражающий. Вальрик ощущал прикосновения Карла, холодные инструменты, раздирающие рану, и свет, нагревающий кожу. Ощущений было много, а вот боли не было.

Вальрик не знал, сколько времени прошло с начала операции, он просто сидел, прислонившись к холодной стене, и думал о том, как сказать Илии, что он не хотел убивать Тита.

— Пару дней с гипсом походишь, а там посмотрим, - голос Карла вывел из задумчивости. О чем он говорит? Гипс? Наверное имеется в виду эта белая твердая повязка, плотно обхватывающая руку.