Онлайн книга «Змеиная вода»
|
— Сочувствую… — Сперва мама болела, потом умерла… отец тоже болел все время. И деньги уходили на врачей… а толку-то? Поместье разоренное. Нам варят суп из крапивы. Ненавижу! – это она выкрикнула и тотчас успокоилась, изобразила улыбку. – Извините. Потом отец готовится умирать. Но появляется Одинцов… будто раньше приехать не мог. Он мог! Он сказал, что отец слишком гордый и не обратился. Идиот… А ведь и сердце у Ниночки стучит быстро-быстро. Слишком даже. — Идём, - Бекшеев потянул её за собой, ускоряя шаг. — Он гордый, а мы страдали… отец умер. Одинцов нас увез на юг. Там было неплохо… наконец, мы нормально ели. Жили в большом доме. О нас заботились. Нам покупали платья и туфли… вы не представляете, какое это счастье, когда у тебя свои туфли! По размеру! В которые не надо засовывать бумагу или привязывать к ноге. Это было чудесное время. И я надеялась, что мы останемся, но Надька стала тосковать… и мы вернулись. Признаюсь, я тогда очень на неё злилась. Поменять море на эту глушь? Правда, оказалось, что дом совсем иначе выглядит… а потом к нам заглянул Толенька… Ниночка закрыла глаза и из груди её вырвался то ли вздох, то ли стон. А дорога поднималась к дому. И дом этот выглядел куда проще Каблуковского. Нет, он был хорош, но вместе с тем обыкновенен, похож сразу на все помещичьи дома, несколько несуразен, лишен тонкости и изящества, но при том добротен. — Его матушка… и Толенька… я увидела его и поняла, что мы предназначены друг для друга! Свыше! Понимаете… его матушка решила возобновить знакомство. И еще позаботиться о сиротах… думаю, она присматривалась. Может, хотела воспользоваться связями Одинцова, потому что раньше, когда нам была нужна помощь, Каблукова не слишком-то появлялась… вообще не появлялась. — Возможно, она тоже была в отъезде. — Да. Наверное. Это не важно… главное, что Толенька… он был как принц. Из сказки. А я принцесса… я ему сказала, что он должен жениться на мне. А он засмеялся и ответил, что мне надо вырасти… что я слишком мала. Какая ерунда… раньше женились и в восемь, и в девять лет! — Раньше многое было иначе. Позволите? – Бекшеев перехватил руку Ниночки. – Вы что-то пили? — Я?! Я не пью… мне не за чем. Меня любовь пьянит! Он стал приезжать… не каждый день, конечно. Так, из вежливости… а я поняла, что без него нет жизни! И сама начала ходить в гости… к Марии Федоровне… конечно, ведь все думали, что я маленькая девочка. Осталась без матери… не хватает любви, тянусь к женскому теплу… - Ниночка засмеялась и смех этот был слегка безумным. А вот сердце её колотилось в диком ритме. – Она меня воспитывала. Прививала манеры… правила… и держала при себе. И при Толеньке. Конечно… я знала, что они привыкнут ко мне. Что поймут, что никого-то лучше не найти… что она не допустит к Толеньке чужую женщину. Я же была своей. — А они выбрали Надежду? — Да! – этот крик исказил Ниночкино лицо ненавистью. – Да… Наденьку… Мария Федоровна её терпеть не могла, но выбрала… я же слишком молода для брака… общество не поймет… репутация рода… а подождать пару лет никак невозможно! — Почему? — Не знаю. Я открылась Анатолию… я плакала… умоляла подождать. Обещала, что никто и никогда не будет любить его хоть в половину столь же сильно, как я… — А он? — А он… он сказал, что времени не осталось. |