Онлайн книга «По волчьему следу»
|
Мы и собирали. Я и то увлеклась. А потом ягодник оборвался, и мы оказались на кромке болота. Первой мыслью было, что до деревни пара верст, не меньше. Умаешься идти. И мы там же, перед болотом, присели отдохнуть. Хлеб вот достали, с маслом, сало, иную снедь, которую обычно в лес брали. Я сала не любила. И вовсе… Какой же я была капризною… Тогда медведь вышел к нам. То ли запах еды учуял, то ли ягодник его манил. Может, он вовсе полагал его своею вотчиной. А тут какие-то девчонки непонятные. Главное, что не услышали мы его. Сидели. Болтали. Смеялись. А потом я подняла взгляд и… он стоял в шагах десяти. Огромный матерый зверь с черною шкурой, исписанной шрамами. Он был стар и знаком с людьми. И не боялся их. А мы… мы так и застыли, понимая, что бежать уже поздно. Медведь, он ведь только кажется неуклюжим. На самом деле он быстрый и ловкий. И умный. Кто-то икнул. Кто-то всхлипнул… а я вдруг поняла, что держу в руке кусок хлеба. И почему-то, видать со страху и дури, которой во мне всегда было в излишке, в голову пришло, что надо с ним поделиться. Что тогда-то он не тронет, а уйдет, куда шел. Я и поднялась. И сделала шаг. Затем другой… я не сводила глаз с него. А он смотрел на меня. И… и наверное, мне повезло. Точнее, я знаю, что повезло так, как никому прежде, ведь зверь не бросился. Он бы смял меня одним ударом лапы. А он… просто смотрел. На глупую девчонку. На хлеб. — Возьми, хозяин, - сказала я, положив хлеб на лесную подстилку. – Прости… что потревожили. И отступила. Медленно, а он дождался, когда на место вернусь, обнюхал хлеб. И взял его. Точнее слизнул одним движением языка. А после развернулся и медленно отправился прочь, в болота. Тогда… Тогда я еще решила, что мне удалось нас спасти. Правда, почему-то родители не оценили. Сестра, конечно, рассказала… ладно, не только она. Умолчать об этой встрече при всем желании не вышло бы. Не тогда, когда свидетелями встречи стала дюжина девчонок… меня выпороли. И запретили ходить в лес. Последнее меня только порадовало, хотя я демонстративно на всех обижалась. В общем… потом я медведей видела только издали. Все же в лесу и вправду хозяева они, а не люди. И теперь… У Бекшеева взгляд шальной. — Стоять! – я толкаю его. – Смотри на меня… зверь. Ты ничего ему не сделаешь… медведи редко нападают… нормальные медведи. Удар по кузову машины был настолько мощным, что мы не устояли на ногах. Бекшеев упал, успев ухватиться за край скамьи. Я оказалась на четвереньках. — Сиди здесь! Не усидит. — Не дурю, - не приказываю, но прошу, понимая, что вряд ли исполнит просьбу. Гремят выстрелы, но звук их теряется в реве… это неправильный медведь. И когда пол под нами вновь вздрагивает, я сполна осознаю, что медведь до крайности неправильный. Нормальный зверь не станет лезть к людям. И к машине. И пытаться эту машину перевернуть… — Идем, - я тяну Бекшеева за руку, и тот, очнувшись, встает. Выбраться. И там, снаружи… Тент трещит и расходится… а когтистая лапа падает, сминая лавку. Это не просто медведь. Зверь! Мать твою… что тут творится? Зверь… — Скорее, - я сталкиваю Бекшеева с дороги. – Под машину… на обочину. Не мешай! Пожалуйста… Зверь огромен. Они всегда больше нормальных, но этот… не знаю, каким был медведь, из которого создали зверя, но вышло натуральное чудовище. Он больше того, сохранившегося в детской памяти, раза в три, если не в четыре. |