Онлайн книга «Черный принц»
|
— Они пришли позже и забрали наш мир, нашу историю, нашу судьбу… мы просто исправим все… малая жертва ради большой… Патрик сумел разобраться с чертежами. Он кажется туповатым, а на самом деле – золотая голова. И я дал ему возможность работать, такую, какую он никогда бы в прежней своей жизни не получил. Теперь у нас есть оружие… и будет еще больше… псы уйдут. — За Перевал. Таннис провела по жестким волосам. — За Перевал, – отозвался Освальд. – Сначала за Перевал… — Останутся люди. — Да. — Такие, как Грент? Он поморщился: — Грент – скотина. Он мертв. — Думаешь, сумеешь убить всех, ему подобных? — Малявка, – Освальд отстранился, – ты научилась задавать неудобные вопросы… но нет, не думаю. Я знаю, что ты хочешь сказать, я меняю одну власть на другую, но и только. Слабым все равно, а сильные в любом случае выживут. Борьбы не избежать, но это будет борьба людей с людьми. Более честная. Понимаешь? Нет, но промолчит. Он ведь счастлив, именно здесь и сейчас, когда мир потревожили взрывы, когда он вот-вот расколется, чтобы медленно осесть в кипящей лаве. И разве имеет право Таннис уродовать чужую мечту, которая исполняется? — Мне… – Не отпустит, ему нужно, чтобы Таннис видела. И те люди, которые пришли вовсе не за тем, чтобы попрощаться со старой герцогиней… а ей бы наверняка понравилось, она бы одобрила дорогого сына с его стремлением мир перекроить. Наново. Набело, вернув в этом набеленном, напудренном, как мертвое ее лицо, мире Шеффолкам корону. И ведь Освальд всерьез примерил ее. — Мне нужно переодеться… пожалуйста… ты же не хочешь, чтобы я появилась в таком виде? Улыбнуться. Ему ведь хочется, чтобы Таннис радовалась его радости. Он всегда делился щедро… как те сливы… и ведь действительно мог убить, но не убил. Против логики, здравого смысла… не убил. — Конечно. – Освальд улыбнулся и, перехватив руку, поднес к губам. Не целовал – разглядывал с пристальным вниманием. Дышал. Чем? Кровью. Оказывается, Таннис успела испачкаться. Она и не помнит, когда… не имеет значения, главное, что он от этого запаха пятится. — Я тебя подожду. – Освальд отпускает ее и дверь открывает. – Пожалуйста, дорогая, недолго. Ты же не хочешь, чтобы наши гости сплетничать начали. — Конечно. Дверь – ненадежная преграда, к которой Таннис прижимается, силясь унять безумный грохот сердца. Страшно, что услышит. Страшно, что войдет. Тот, кто стоит по ту сторону, лишь притворяется старым ее другом. Войтех умер… И Таннис поспешно вытерла слезы. Переодеться. Руки вымыть, благо служанка не унесла кувшин и таз… самой себе неудобно лить… …город горит. Прямо сейчас, дом за домом уходит под землю. Рушится, как тот, который… …не думать. Не вспоминать… и вода красной становится, а Таннис все трет и трет руки, пытается перебить запах крови едкой вонью дегтярного мыла… дешевое… матушка такое покупала. Матушке Войтех никогда не нравился. — …до виселицы тебя доведет, – раздраженный скрежещущий голос раздался над ухом. И запах матушкин: горелого жира, луковой мази, тела немытого… — Вот поглядишь, заплачешь, а поздно будет… …поздно, как есть поздно. Таннис стряхнула воду. Уже плачет. Хорошо, что не видит никто… — Тише. – Широкая ладонь зажала рот. – Я пришел тебя вытащить. Понимаешь? Кивни, если понимаешь. |