Книга Кицхен отправляется служить, страница 84 – Екатерина Насута

Вот у папеньки сила была такой, более бледной, и шар получался прозрачным, как драгоценный камень. Благородным.

— Это что такое? — тип вытянул руку, но щупать не стал.

— Шарик, — сказала я, перебрасывая с ладони на ладонь. — Но если про заклятье, то это «Тлен».

— Тлен? — повторил за мной тип, делая шаг назад.

— Тлен, — подтвердила я.

Понимаю, звучит простовато. Но это у стихийников, куда ни плюнь, то «Огненный шторм», то «Великий град» или там «Плеть бури». А некроманты в целом народ простой, фантазии лишённый. В некромантии только проклятия именные бывают, вроде «Чумы Саххала», и то я думаю исключительно для того, чтобы благодарное человечество ненароком не забыла того, кто его этим проклятьем облагодетельствовал.

— Н-некромант? — тип сделал ещё один шаг.

— Ага, — подтвердила я. — Надеюсь, у вас тут нет предубеждений?

Я крутанула шарик, заставив его задрожать.

— Н-нет, что вы… но, знаете, я подумал, что с моей стороны и вправду как-то… неправильно вызывать на дуэль человека, ранг которого не известен. И в целом, вы только прибыли. Устали с дороги. Да и мы перенервничали. Вот и произошло недоразумение.

Огонь исчез.

Зато появилась улыбка. Тип наклонился, разглядывая что-то за моей спиной, и спросил:

— А ваши братья, они…

— О! Поверьте, они куда сильнее меня! Я, если можно сказать, самый слабый некромант в нашей семье.

И главное, не соврала.

Надо же, как быстро люди умеют находить себе важные дела в другом месте. И главное, откланиваются, и вежливо так, и быстро. И в целом стало вдруг как-то пусто. Только Нил не уходит.

— Прошу прощения, — нервы у мужика крепкие, только побледнел слегка. — Вы бы не могли убрать это?

— А? Да, простите, — я развеяла заклятье.

— Не то, чтобы я переживаю за Дагги… но вот ваша лошадка не заблудится?

— Да не должен. Побегает и вернётся по своему следу.

— Да? Просто земли слегка как бы… не совсем обжитые, — Нил явно подбирал слова. — И всякое встречается. Волки. Медведи даже…

— Хрю? — Лютик от любопытства даже на задние лапы приподнялся. Вот уж кто, кажется, был бы не против загнать волка-другого, а может, и на медведя выйти.

— Да не, — я подняла саквояж. — Это ж звери. Дикие. У них, в отличие от людей, мозги имеются. Они на рожон не полезут.

Нил явно хотел возразить. Оно и понятно. Человек служивый. Сверху начальство давит, а на начальство — своё начальство, которое этому засранцу приходится роднёй.

Что ж… убить Дагги никого не убил, так что пускай. Я сунула пальцы в рот и свистнула так, как отец учил. Звук получился резким, заставив Нила отступить. А мужики-грузчики и вовсе сундук уронили.

Нервные тут, однако, люди живут.

Зато и пары минут не прошло, как раздался топот. Всегда было интересно, как это у Скотины получается. Вроде тонкая хрупкая животинка, а грохот такой, что земля трясётся.

— Красиво идёт, — Нил приложил руку к глазам. — Ишь… никогда не видел, чтоб лошадь так…

Скотина передвигался огромными скачками, точно и не конь, а огромная кошка. Причём скорость развивал приличную. Сзади снова раздался грохот.

— Куда⁈ — вопль Ошима заставил обернуться. — Коня напугались? Чтоб вашу… если чего побилося, то платить будете… сами.

И пару слов из тех, что мотивируют на трудовые подвиги, добавил.

Скотина взвился на дыбы, а потом как-то вот отряхнулся, скидывая одеревеневшего всадника на землю. Дагги определённо был жив. Моргал вот, только трясся всем телом, а глаз характерно подёргивался.