Книга Кицхен отправляется служить, страница 50 – Екатерина Насута

Главное, чтоб Карлуша раньше ни во что не вляпался.

— Мама, — донёсся из коридора нервный голос Киньяра. — А где моя мандолина⁈ Я её вчера ещё упаковал, а она пропала!

— Кицхен⁈

— Я? — я посмотрела на матушку так честно, как только могла. Но не спасло. — Мам, может, не надо нам мандолину?

— Между прочим, — Киньяр держал в руках пухлую книгу. — Устав крепости допускает проведение творческих вечеров…

Чтоб вас всех…

— А в остальном ты уже собрался? — поинтересовалась я.

— Да. Я книжку взял, — он отлепил это от груди. — И ещё носки.

Чудесно. Книжка и носки — это именно то, что нужно. С другой стороны, окинув гору Карлуши взглядом, я поняла, что без одежды мы точно не останемся.

— Киц, не переживай, его вещи я ещё вчера распорядилась упаковать, — матушка Анхен с трудом сдержала улыбку. — Но мандолину верни. Дорогой, тебе понадобятся не только носки и книжка.

— И бумагу для записей я тоже взял. А вы знали, что особым королевским указом от тысяча пятьсот третьего года крепости Таут-ан-Дан присвоен особый статус подвладетельных земель?

— Нет.

— Который позже подтверждён…

— Киньяр, — матушка подхватила братца под руку. — Идём. Твои вещи уже упакованы, но нужно, чтобы ты понимал, что и где находится…

— Мам! — донеслось сверху. — А ты не видела мой бисер? Тот, новый, с золочением внутри! И ещё нитки! Я помню, что заказывал нитки.

— Их уже упаковали, Киллиан.

— Но я ведь ещё не отложил, что в дорогу возьму! Мне же надо чем-то заниматься, и я подумал, что, возможно, я буду вязать. Или вышью бисером. У Карла новые перчатки и мы выбрали узор, а…

Я отступила, понимая, что ещё немного и сорвусь.

— … верни мандолину, — донеслось следом.

Верну. Куда я денусь-то.

Глава 12 О погрузке, поездке и свиньях

Его параллелепипидровая улыбка звездой отразилась на лице.

О внешности и особых приметах отдельных личностей.

Матушка Нова во дворе руководила погрузкой. Всё-таки сразу видно опытного человека. Сразу два грузовых экипажа наняла. И теперь наблюдала, как два здоровых мужика тащат мой сундук. Сундук достался от папеньки, а потому был массивен, солиден с виду и для пущей красоты расписан рунами. Кстати, смысла они не имели, но в сочетании с пентаграммами смотрелись красиво.

И уважение внушали.

Никогда ещё не видела, чтобы одежду грузили с таким трепетом.

— Что там? — матушка повернулась ко мне. — Готовы?

— Как сказать… Карлуша собирается вывезти половину дома, Киллиан собрал мандолину, а Киньяр — книгу и носки.

— Ну, самое главное взяли. Ты…

— Присмотрю, — пообещала я.

В пятый раз кряду.

Или в десятый?

— И не давай Киньяру читать любовные романы на ночь. Он от них нервничает.

— Конечно.

Матушка кивнула и не сказала, что Киллиан точно растеряется в новой обстановке, а Карлуша будет переживать за внешний вид.

Это мы всё и так знали.

— Я не позволю их обидеть, — сказала я.

— Конечно, — она вздохнула и, потянувшись, рявкнула: — Куда ты это схватил! Видишь! Пометка стоит! Значит, груз хрупкий и поедет отдельно. Там зелья некромантические! Разобьёшь — мигом умертвием станешь!

Зелья из числа особо ценных я упаковала надёжно, да и не в багаже повезу, а в своей карете, потому что там и вправду много всякого, что некроманту в дороге может пригодиться. А лаборатория, пусть и не в полном комплекте, ещё на рассвете отправилась.