Книга Громов. Хозяин теней. 8, страница 104 – Екатерина Насута

И должны были у отца оставаться какие-то границы.

Хочется верить.

— Мне кажется, он просто не знал, — Слышнев глядел на доску задумчиво. — Тот, кого вы окрестили Профессором. Гибель духа видели трое. Собственно, как и знали о камне, который получилось извлечь, и о том, что с этим камнем стала. Это ваша матушка, Михаил, Громов и Воротынцев. Воротынцев, как я понял, был человеком чести. И к слову, вашей матушке данному, он отнёсся со всей серьёзностью, хотя многие на его месте нашли бы… возможность отделаться малым. Устроить в доме, определить содержание или как-то иначе отблагодарить, скажем финансово.

Мишка смотрел на руки. Сжимал и разжимал кулаки. И снова. И тема была ему неприятна до крайности.

— А вот Илья Воротынцев не просто привёз домой названную сестру, но заставил отца принять девушку в род, что было весьма непросто.

Алексей Михайлович замолчал, позволяя обдумать.

А ведь и вправду. Здесь к таким вещам относятся крайне серьёзно. И старик Воротынцев не обрадовался бы этакой инициативе. Определённо. Но… согласился? Взял в род беременную дикарку, которой наверняка ему представлялась матушка Михаила? Нашёл ей мужа, вырастил дитя?

Потому что тоже был человеком чести?

Однако при всём том Илья ни словом не обмолвился о том, кто отец ребенка. Возможно, это было частью сделки? С Громовым?

Предположение.

Предположения зыбки. Но это кажется вполне логичным. Могло? Ещё как. Они ведь даже подрались, если Мишке верить. А ему я верю.

Сперва подрались.

Потом помирились.

И договорились. Воротынцев молчит о том, кто отец ребенка… кстати, тоже интересно. Не думаю, что Громова заставили бы жениться на какой-то там дикарке с Севера. Но когда эта дикарка стала сестрой Воротынцева, ситуация изменилась. И тут уж папеньку могли бы прижать с двух сторон.

Дед точно сказал бы своё слово.

Или он и сказал?

Он ведь говорил о предложении Воротынцевых, о том, что сватали какую-то девицу. Может, как раз матушку Михаила?

— Взаимное молчание, — продолжил Слышнев, и голос его выбил из раздумий, точнее натолкнул меня на другие:

— И эксперимент. Допускаю, что папенька надеялся изучать это чудесное явление в одно лицо. Женщина-шаманка с камнем духа внутри. И ребенок, который родился бы необычным.

Все посмотрели на Мишку, а тот пожал плечами и проворчал.

— Да обычный я. Обычный! Две руки, две ноги. И голова тоже имеется!

— Если бы Воротынцев остался жив, отец сохранил бы доступ… по его мнению.

— Но тот умер. И так, что Воротынцевы сочли Василия Громова виноватым в этой смерти, — Карп Евстратович крутанул ложечку, но та снова выпала. — Извините. Пальцы плохо гнутся.

— Это потому что вы ещё не выздоровели окончательно, — проворчал Николя.

— Почему он не рассказал про камень потом? Когда Воротынцева не стало? И он утратил доступ к ребенку? — Татьяна наклонилась за ложечкой. — Он ведь мог. Клятва, если её приносили, утратила бы силу со смертью Воротынцева. А он и дальше молчал.

— А ему ничего не оставалось, кроме как молчать. Он ведь не мог признаться, что когда-то обманул дорогого наставника? Думаю, тому озвучили вариант, в котором оба пытались, но едва не померли, дух оказался могуч и велик. Или что его убили, но ничего не нашли. Вряд ли Профессор имел точные данные о том, что находится внутри северного духа. Или сказали, что не убили, не смогли, но сами спаслись чудом, а потом вообще лучше туда не соваться… а для Профессора, чую, проект был одним из нескольких. Причём не самым интересным, если отправил двух недоучек, пусть и талантливых. Иначе сам бы поехал, — я потер руки. — Следующий этап. Свадьба отца. Тут всё понятно. Дед натянул вожжи, напомнил о договорённостях и вернул блудного сына домой. А дальше уже гибель Воротынцева. Как вообще он умер?