Книга Громов. Хозяин теней. 7, страница 41 – Екатерина Насута

— Да уж, — девица скривилась. — Надо было дождаться…

— Надо. Веди, — теперь уже он говорил сухо. И почему-то появилось чувство, что именно эта конкретная девица его несказанно злит.

Чем?

— Сав? — дёрнул меня Орлов.

— Чего?

— Сбитня взять?

— Возьми, — я согласился. — Только пойдём тут…

Надеюсь, что идти недалеко. И что надолго они не задержаться, всё-таки у Ворона тоже работа.

Квартира, в которую привела его девица, располагалась на втором этаже доходного дома. Был тот не сказать, чтобы роскошен, но вполне себе приличен. Она раскланялась со старушкой, что-то объяснявшей печальному дворнику, и с самим дворником. Улыбнулась выходящей из парадного даме, которую сопровождал тощий щеголоватый тип. Он придерживал даму за ручку и что-то говорил, но и нашу девицу не оставил без внимания, проводил профессионально оценивающим взглядом. И счёл недостойным внимания.

— Дорогой, — закричала девица с порога. — Смотри, кого я привела! Твой брат приехал!

Что-то они легенду забывают.

Или меняют?

Она дважды надавила на кнопку новомодного электрического звонка, потом выждала и снова нажала. И спустя мгновенье ещё дважды, так, что трель получилась длинной, заливистой.

Это у нас, кажется, не просто так квартира.

Тьма подобралась поближе.

И нырнула в узкую щель, чтобы чихнуть уже там, внутри.

— Что за… — Ворон тоже зажал нос. — Вы чего творите? Вы с ума сошли⁈

— Не ори, — оборвала его девица. — Саш! Ты дома?

— Ушёл, — из комнаты выглянул помятый тип, обряженный в одни штаны. Да и те были закатаны по колени. Подтяжки врезались в распаренную красную кожу, но типу это не мешало. — Вызвали.

— Вы… да вы ненормальные! — Ворон метнулся вглубь квартиры. — Серьёзно? Розалия! Ты-то должна понимать, насколько это опасно!

— Успокойся уже, — она упала в кресло и вытянула ноги. — Истеричка.

— Я? А ты дура! — рявкнул Ворон. — Устраивать лабораторию прямо в квартире! В жилой квартире! В центре Петербурга![2] Да ты…

— Заткнись! — девица швырнула в Ворона подушкой. — Не твоего ума дело.

— Ну да, куда уж мне, — он подушку отбил.

— Не бузи, — мужик широко зевнул и почесал пузо. — Мы ж аккуратно. Да и Сашка процесс блюдёт.

— Это, безусловно, успокаивает… а он знает?

И сейчас Ворон спрашивал явно про неизвестного Сашку.

— Многие знания, многие печали, — Роза дёрнула плечиком. — Ты, помнится, о другом поговорить хотел? Или уже не интересно? Кстати… Ян, принеси мой кофр, будь любезен.

— Чего?

— Сумку. Чёрную. У окна. Только аккуратно. Тебе просили передать, — последнее уже предназначалось Ворону.

Кофр этот Ян нёс на вытянутых руках и на лице его было такое выражение, что стало ясно — будь его воля, он бы в жизни к нему не прикоснулся. А вот Розочка взяла. Поставила на туалетный столик, сдвинув скопившиеся грязные чашки и какие-то листы.

Она прижала пальцы к широким металлическим застёжкам, и те щёлкнули.

— Вот. Он просил расходовать бережно. Возникли кое-какие… затруднения.

Коробка. Простая, деревянная. И тянет заглянуть, и прям руки чешутся отправить Тьму поближе, но нет. Она разлилась вдоль стены.

— Орлов, — я воспользовался минутой. — Там дом. И на втором этаже квартира. Сдаётся мне, что там мастерская.

— И чего мастерят?

— Бомбы.

— Серьёзно?

— Стоять, — я ухватил его за рукав. — Близко соваться не след. Но вот узнать, что там и как надо бы.