Книга Громов. Хозяин теней 6, страница 11 – Екатерина Насута

— Сергей Аполлонович Пушкин-Савичев, — важно представился Серега, руку пожимая.

— И где ж вы познакомились? — Шувалов изобразил улыбку, но как-то у него плохо получается, будто через силу.

— Да… — Серега вдруг понял, что о подробностях знакомства распространяться не след. И растерялся.

— В поезде, — сказал я за него. — Ехали вместе.

— И с ним тоже? — Шувалов бровь приподнял, вроде как насмешливо.

— Поезд был большим, — миролюбиво отозвался Метелька. — Кто в нём тогда только не ехал.

— Ага! — от избытка чувств Серега, позабыв про статус и родовитость, подпрыгнул. — А вы тут, да? Во втором классе?

— Во втором, — признался Метелька со вздохом. — А ты?

— И я! Представьте! Перевели! Я в прошлом году в прогимназии был, но оказалось, что там всё известное и вообще скучно. Мне зимой и предложили экстерном экзамены сдать! И я сдал!

Стыдно, Громов. Ребенок вон экстерном экзамены сдал, а ты учёбы боишься.

— И тогда в первый класс приняли! И я закончил! И опять сдал экзамены, уже перед каникулами! И вот во второй перевели.

— Молодец! — Орлов не удержался и дёрнул за козырёк фуражки.

— Доброго дня, — тихий голос показался мне знакомым. — Прошу прощения, что вмешиваюсь в беседу, понимаю, что это невежливо, однако я хотел бы поприветствовать…

Ещё один знакомый.

Да они издеваются там, в Охранке, что ли?

— Елизар! — Метелька первым пожал протянутую руку. — И ты тут!

— Тоже в одном поезде ехали? — Шувалов не удержался от шпильки. И Елизар несколько растерянно пожал плечами.

— В одном трактире ужинали, — Метелька ответил за него и осклабился во всю ширину зубного ряда.

— И после этого прониклись друг к другу нежными дружескими чувствами, — хохотнул Орлов и толкнул под бок Демидова. — Прям как мы с тобой! Помнишь?

— Забудешь тоже… мне до тебя не случалось сиятельным господам рожи бить.

— Это ещё разобраться надо, кто и кому тогда набил…

— Господа, господа, — тихий голос профессора, однако, был услышан всеми. И гомон стих. — Нам пора в класс. А уж на перемене выясните, кто и кому, и для чего… и только, надеюсь, в теории. Спешу напомнить всем, что битие рож, как окрестил сие занятие Яромир, в стенах гимназии не приветствуется.

— Сав, а Сав, а почему ты не написал, — Серега влез между мной и Метелькой. Забавно смотримся. Метелька щуплый, а потому среди гимназистов-второгодников не особо выделяется. А вот я возвышаюсь на голову. И рядом хрупкий невысокий Серега, который, наоборот, на полголовы ниже.

— Потому что… сложно всё. Извини, — отвечаю ему шёпотом. — И не здесь. Потом.

Он кивает с важным видом. А я перевожу тему:

— А тебе не будет сложновато учиться? Тут все вон, постарше… это мы с Метелькой два раздолбая среди малых, а ты наоборот, получается.

— Нет. Я знаю. Я просматривал учебники за второй год. На самом деле Алексей Михайлович сказал, что у меня отличные способности. И ум живой. И что смысла нет заставлять меня проходить то, что я знаю. Тут, конечно, сперва не очень хотели, но потом взяли на испытательный срок и вот оставили. В другой бы какой школе так не согласились. А у меня экзамен директор принимал. И Павел Юрьевич тоже. У меня, между прочим, итоговый балл — четыре и восемьдесят девять сотых!^[6]

Произнёс это Серега с гордостью,

— Молодец, — сказал я, посторонившись. Елизар держался рядом, явно чувствуя себя несколько неловко. — Знакомься, это Елизар.