Онлайн книга «Громов. Хозяин теней 5»
|
— И не надо. Это весьма похвально. Более того, скажу, что сейчас идёт работа над проектом, который предусматривает открытие уездных государственных лечебниц по всей стране. И привлечение молодых людей к работе. Причём Гильдия Целителей готова пойти на уступки и предоставить временную лицензию тем, кто сдаст упрощённый экзамен. То есть, ваши друзья смогут работать сами, без прикрытия старших… товарищей, но вполне легально и с оплатой. То же самое со школами. Да, это дело не года и не двух, но в перспективе должно переломить ситуацию. Глаза Одоецкой вспыхнули. Она аж вперёд подалась. — Кстати, именно ваш дед и возглавляет рабочую группу. Но мы не о том. Дайте я предположу, что было дальше. Работа вас увлекла. Ваша натура требовала действия. А ещё, что бы вы ни делали, число страждущих не уменьшалось. И вы пришли к пониманию, что сколь бы великим целителем ни стали, вас не хватит на всех. Что менять надобно саму структуру. Глобально. Так? — Д-да… но… — Не вы первая, Татьяна Васильевна, не вы, боюсь, последняя. Это уже давно не новость, что они умеют натолкнуть на правильные мысли. Сперва, полагаю, беседы были вполне умеренного толка. Скажем, о реформах, которые облегчат участь народа. Затем о том, что правительство сознательно не желает проводить эти реформы. С каждым разом разговоры становились всё более радикальными. И вот кто-то бросил мысль, что, если система так дурно работает, надо сломать её. Всю. От основания. Разрушить плохой старый мир и построить хороший. — Я… не одобряла путь насилия, — сухо произнесла Одоецкая, которая, кажется, на жандарма обиделась. А за что? Правду же сказал. Хотя с женщинами поэтому и сложно. Вроде правду сказал, а всё одно виноватый. — Верю. И всецело одобряю. И понимаю, что перемены нужны, — а Карп Евстратович, похоже, умел ладить с женщинами куда лучше меня. — И они будут. Там тоже пришли к правильным выводам. Он указал пальцем на потолок. — Но мы к вам переходим. Итак, с одной стороны собратья по грядущей революции, с другой — ваши родители и жених. В какой-то момент вам стало тяжело существовать в двух мирах. И вы решились бежать. — Не совсем. Решительности мне никогда не хватало. Я… я ведь пыталась быть хорошей дочерью. И Герман где-то был мне симпатичен. Он умный. Серьёзный. И в целом не то, чтобы полностью разделял мои взгляды… скорее он придерживался умеренно-либеральных, понимая, что реформы назрели и… не важно. Ну да, замечательный жених. Вот только невеста дала дёру. И опять я ни фига не понимаю. Ладно, если б он вызывал отвращение, а родители настаивали. А тут чего не так-то? — Вы встретили кого-то… другого? — очень осторожно поинтересовался Карп Евстратович. И по тому, как вспыхнули щёки Одоецкой, я понял — угадал. Что ж, тогда многое становится понятно. Если большая любовь, то здравый смысл бессилен. — Он… да, я влюбилась! — Татьяна Васильевна вскинула голову. — И не стыжусь этого! Я… — Помилуйте, кто ж вас тут стыдит. И ваши сердечные дела меня интересуют исключительно в плане общего влияния на ситуацию, в которой они оказались. И если к оной отношения не имеют… — К сожалению, имеют, — краска схлынула со щёк Одоецкой и она опустила голову. — Если бы вы знали, какой дурой я была… Кажется, теперь смутился Карп Евстратович. |