Книга Хозяин теней 4, страница 56 – Екатерина Насута

К счастью, Карп Евстратович был человеком с явно военным прошлым. Или просто с опытом боевым. Он и застыл неподвижно, хотя, наверное, недоумевал, с чего бы.

— Там… там нельзя.

Нити заканчивались в полушаге от мерцающего лилово-синего поля. И дрожащие былинки, почуяв присутствие человека, к нему же потянулись.

— Назад!

— Карп Евстратович, давайте-ка и вправду назад, — Михаил Иванович прищурился.

— Я… проверю…

— Нет. Оно и на силу среагирует, — вот не хочу себя выдавать, но помирать ещё больше неохота. — И вы почти в поле действия. Только резких движений не делайте.

Второй этаж.

Плана здания у меня нет, но здесь, на первом, в крышу уходят деревянные столбы. Подпорки? И выдержат ли они взрыв? И если…

Тьма урчит и садится между человеком и этими нитями. Она принюхивается к ним.

— Съесть? — она стала словно бы больше, явно успев переварить сожранную тварюку если не целиком, то частью.

— Сначала мы выйдем, — отвечаю шёпотом.

— Михаил Иванович? — Карп Евстратович явно не страдает избытком доверия. И в этом оклике мне слышится вопрос. Он отступил на два шага, но уходить вовсе не спешит. А Михаил Иванович подошёл к основанию лестницы и голову задрал, прищурился, пытаясь разглядеть хоть что-то.

— У меня нет оснований не верить сему юноше. Более того, я весьма рад нынешней встрече. Хотя просил бы вас о ней не распространяться. Так что, коль он говорит, что соваться не след, то и не след. Отходим.

— Медленно, — напоминаю я. — Потому что вы близко и не уверен, что эта погань не среагирует на какой-нибудь взмах руки. Или силу.

Потоки силы впитываются в тело, и Карп Евстратович неспешно пятится по коридорчику.

Нити слегка гаснут.

А вот когда жандарм вовсе спускается, то ловушка вовсе почти гаснет.

— Моя тень хочет сожрать это, но не уверен, что получится без взрыва.

— Лучше бы со взрывом, — Карп Евстратович смахивает пот рукой.

Ничего себе заявочки.

Жандарм же огляделся.

— Мы отойдём, скажем, ближе к выходу. Я поставлю щит. И пускай себе взрывается. Здание обрушит, но тут не камень, так что выдюжу. Пока будут разгребать, и газетчики подъедут. Если уже не подъехали. Организуем раненых из числа нижних чинов. Я вот тоже… пострадаю, — Карп Евстратович смахивает пот со лба. — Если можно так?

Можно.

Отчего ж нельзя. Не понимаю, на кой им оно надо, но да, лучше бы рвануть, а то ведь нехорошо получится. У гражданина Светлого определённо возникнут вопросы, как так, что продуманная акция дважды сорвалась. И оба раза при моём случайном присутствии.

— Идёт, — говорю.

— Возражений не имею, — соглашается Михаил Иванович. — Но лучше будет, если заденет и меня. Скажем, сильный удар по голове. Сотрясение… что? Давно хотел отдохнуть. А тут такой случай. В госпитале, чай, и поспать выйдет пару часов кряду.

И не поспоришь.

— Тогда сейчас… — Карп Евстратович открывает дверь. — Заболоцкий, давай сюда… кого-кого? Всех давай! Обыск будем, а то ишь, развели…

И матом добавил, так, от души. Главное, голос обрёл немалую громкость и потому слышал приказ не только Заболоцкий.

— Надеюсь, он нас не сдаст? — шепотом говорю Михаилу Ивановичу. Тот лишь вздыхает, разводя руками:

— Всё в руках Божьих… в больничку вместе отбудем.

Нет, я, конечно, не против отдохнуть, но… Танька волноваться станет. И Мишка. И…