Книга Хозяин теней 4, страница 32 – Екатерина Насута

— А вам оно на кой?

— Мне? Говорю же. Сложности у меня. С деньгами. Не умею я с ними. А потому продать мальчонку я могу, но это… как мой хозяин говорит? Одиночная сделка. Бизнеса она не делает.

— Этот тот занятный молодой человек с характерной внешностью? — выказал свою осведомлённость Светлов. Вот всё-таки надеюсь, что он не из провокаторов, потому как в ином разе полиции точно доложит. А внешность Мишкина и вправду приметная.

Нет, в Петербурге всякого народу хватает. Китайцев вон целая слобода, негры тоже встречаются, и Мишку принимают то за калмыка, то за полукровку китайского. Но это если так, мимоходом. А вот полиция… тут поди пойми, чем оно обернётся.

Полезут разбираться. А там и выползет чего не того.

— Он.

— Вы с ним давно знакомы?

— Знаком, — Еремей голову склоняет, впивается взглядом. — Ты мне тут не финти… на полицию я не работаю. А вот ты — тут вопрос другой.

— Да что он себе позволяет⁈ — Эльжбета очнулась.

— Тихо, — рявкнул Светлый. — Позволяет… за вами чуется… прошлое.

— У всех есть прошлое. Разное. И вот что я тебе скажу, гражданин революционер, — Еремей наклонился и выкинул руку, вцепившись в галстук, да так, что Светлый даже глазом моргнуть не успел. — Сунешься к моим без разрешения, я тебя прямо тут и похороню.

Эльжбета взвизгнула.

— Цыц, — Светлый не испугался, но пальцы Еремея убрал. — Беточка… иди, проверь, там уже люди должны собираться. Вспомни, что ты у нас хозяйка этого чудесного дома. Встреть там… а мы побеседуем. Убивать приходилось?

— Приходилось.

— И как?

— Кровавые мальчики в глазах не пляшут. А у тебя?

Отвечать Светлый не стал. Но отодвинулся на всякий случай, и револьвер достал, вроде как на колено положил, но ствол в Еремея смотрит. Намёком.

Ну-ну. Призрак, если что, его сожрёт раньше, чем он выстрелить успеет.

Да и Еремей не из тех, кто будет сидеть и глазами хлопать.

— Убрал бы ты пукалку от греха подальше. Ещё вон, стенку попортишь… в общем так. Если хотите дело иметь, то ищите для всех.

— И для твоего… хозяина?

— И для него.

— А он согласится?

— Смотря сколько предложите.

— То есть, никакой идейности?

— Идейность вон дурочкам скармливай, вроде той, которую ты под Савку подпихнуть пытаешься.

— Это…

— Случайность?

— Она самая.

— Ну-ну, — Еремей глядел с насмешкой. Правда, чуялось, что господину Светлому от этой насмешки было совсем даже не смешно.

— То есть, хозяин готов? А хозяйка?

— Даже близко чтоб не совались.

— Для девушек работы как раз больше… и не обязательно рискованной. Мы можем устроить её, скажем, машинисткой или гувернанткой. У женщин вообще возможностей в некоторых делах куда больше.

— Не лезь. Моим это не понравится. Они Танечку любят.

— А ты?

— А тебе на кой? Всё с камушком не успокоишься. Брось, видел я такие игрушки. Их обойти не так и сложно.

— Какие ещё видел?

— Разные.

— С артефактами ты знаком. Руки замарать не стесняешься. Опыт имеется и боевой… что ещё?

— На той стороне бывать доводилось.

— Даже так? — а вот теперь гражданин Светлый точно заинтересовался.

— Пару лет хаживал. Добытчиком. Потом подцепил заразу. Пришлось уходить. Вылечился, — Еремей говорил кратко и правду. Прав он. Примитивный артефакт. Опытный человек справился бы лучше. Вот только Светлый при всём своём опыте с артефактом давно. Привык. Приспособился. И теперь всецело на него полагается.