Онлайн книга «Громов: Хозяин теней 1»
|
Запах сделался густым и уже даже не лилейным — пахло мертвечиной. — Сыночек… ты живой, сыночек… — ныла Зорька, нелепо дёргая руками, а тварь всё ползла и ползла, выкладывая виток за витком змеиное своё тело, но при том не отпуская и человека. Впрочем, Зорька так и не добралась до кровати. Она застыла в полушаге, и я видел, что лицо Зорькино исказилось. Его словно смяли разом. А потом из раскрытого рта донёсся вой. — Сво-о-олочь… — заголосила она вдруг. — Ты его убил… ты убил его… И пухлые руки вдруг ухватили меня за горло. Пальцы у Зорьки оказались железными. Да и в самом её дебелом теле скрывалась немалая сила. Она вытащила меня рывком, подтянула к себе так, что я вдохнул гнилостный несвежий запах изо рта. — Ты… убил… его… — она трясла меня, кажется, уже не понимая, кто я есть, переживая что-то своё, мне не понятное. А я… Я обеими руками вцепился в рукоять револьвера, который приставил к Зорькиной груди, надеясь, что справлюсь, что… Спусковой крючок был тугим. И сам револьвер. И надолго меня не хватит. Она если не шею сломает, то всяко удушит. Ну же, мать твою! Выстрел прозвучал оглушающе. И Зорькины пальцы разжались, и сама она, приняв удар пули, отшатнулась, как-то нелепо взмахнув руками. Будто даже не человек, но кукла. Люди от пуль падают совсем не так. Запахло кровью. И снова — мертвечиной. — Метелька, беги! — рявкнул я, снова целясь, уже в змеевидную тварь, которая, кажется, Зорькиного ранения и вовсе не заметила… Только по нитям, из которых сплетено было тело, дрожь прошла. И унялась. А Зорька, коснувшись земли, взлетела, точно спиной оттолкнулась и снова руки раскинула. Только голова её склонилась на бок… целиться надо лучше, Громов! Целиться! Вторая пуля ушла точно в глаз. Левый. И кажется, вынесла половину черепа. Брызнуло кровью во все стороны. И теперь уже тварь заскрипела. Звук был высокий звенящий, на самой грани слышимости. Метелька скатился с топчана на четвереньки… Где хоть кто-то? Еремей… он ведь нас не просто так твари подсунул. Он должен быть где-то рядом… Синод… или и вправду хотят посмотреть, справлюсь ли я с тварью? С этой — нет. Удар хвоста отбрасывает Метельку от двери к стене, и следом придавливает так, что тот лишь сипит. — С-сука… — высвободив руку, Метелька тычет ножиком в этот хвост. — Я тебе… И я чувствую его ярость. Обиду. Желание поквитаться… со всем миром поквитаться за его, мира, сволочность и несправедливость. А я перевожу ствол на тварь. Поможет? Нет? Если помолиться… если хорошо помолиться… той, которая наделила Савку даром. Он, может, и не лучший Охотник, но он славный мальчонка. И если уж его посвятили, то помогай! Пожалуйста. Пуля прошла сквозь тварь, которая явно не спешила. Она заполнила почти всю комнатушку. И тонкие нити спеленали Метельку, он дёрнулся было, а потом побледнел. — П-помогите… — я закричал, но голос был сиплым и слабым. Он вяз в этом, пронизанном тенями, воздуха. И я понимал, что не могу. Ничего не могу. Или… Ещё одна пуля. Только… если та сила не берёт, то, может, попробовать свою? Найти её, внутри, я ведь пронизан тенями, и скатать шарик мысленно. И прицепить его к пуле. К револьверу. Руки мои стремительно поросли мхом, вроде того, который я поглотил в больничке. А револьвер, коротко гавкнув, выплюнул уже не пламя, но будто потянул нити тени от меня к твари. И пуля вошла в неё. |