Книга Пташки, страница 6 – Эмилия Грин

Да, тетей у меня ее язык не поворачивался называть, потому что Алина Воронова была из той породы сияющих естественной красотой женщин, будто не подвластных возрасту.

Она смотрелась такой нежной и хрупкой на фоне двух своих сыновей – порой даже не верилось, что она – их мама.

Сашке этим летом исполнился двадцать один год, а Сереже – тринадцать. Кстати, братья оказались полной противоположностью друг друга.

Дерзкий кареглазый брюнет Саша – копия отца, а вот голубоглазый уравновешенный блондин Сережка явно и характером, и внешностью пошел в Алину.

— Поль, я хотела тебе сказать, – она понизила свой тон. – Судя по всему, это первые серьезные отношения Александра, – мама глубоко вздохнула, явно испытывая смущение.

Первые серьезные отношения Александра.

— Здорово! – усмехнулась я с термоядерной смесью отчаяния, ревности и злости. – Рада за них. Может, налюбовавшись живописными красотами Алтая, он сподобится сделать ей предложение, и мы организуем им свадьбу? – процедила я, стараясь изображать из себя воплощение независимости.

— Ты ведь понимаешь – Саша уже молодой мужчина и вполне предсказуемо, что у него есть личная жизнь… – ее голос звучал несколько виновато.

— Да, я все понимаю, кроме одного, – глубоко вздохнув. – Почему родители отправили его в эту долбанную Швейцарию, когда Воронов планировал учиться здесь? Зачем было отсылать его так далеко? И почему в прошлом году вы заранее не сказали мне о его приезде в Москву? – как я не пыталась «держать лицо», вышло довольно жалко и плаксиво.

— Полин, мы несколько лет подряд уезжали на все лето, не ищи подвоха там, где его нет, – ровно ответила мама. – Тем более, ты сама знаешь, что Александр не перед кем не отчитывается. В прошлом году он вообще не собирался в Россию. Та поездка вышла спонтанной. Зато этим летом твой папа постарался хотя бы на несколько дней всех собрать, – она мягко улыбнулась. – Пошли завтракать?

А мне кусок в горло не лез.

Перед глазами до сих пор стоял душераздирающе красивый не мой Воронов в одном дурацком полотенце.

Каждый нерв в моем теле оживился, представляя, как я избавляю старого друга от этой нелепой тряпки, запрыгивая на него и обвиваясь вокруг крепкого мужского торса…

Ох, Полина, ты явно перечитала любовных романов!

Дождавшись, когда мама уйдет, я еще какое-то время лежала на кровати, бездумно разглядывая многочисленные рамки с фотографиями на стене. Их было очень много.

С родителями, братишками-погодками Егором и Захаром, с бабушкой и прабабушкой, близняшками Верой и Любой, и, конечно, с Сашкой.

Так уж вышло, что фотографий с Александром оказалось больше всего.

Я задержала взгляд на снимке, сделанном во время моего трехлетия – я в костюме русалочки с непослушной гривой розовых волос, а Воронов, разрази меня гром, весь из себя пират.

Даже дырка вместо переднего молочного зуба лишь добавляла ему бунтарского шарма.

Вновь остановившись на своем розовом парике, я ощутила всплеск неразбавленного дурного адреналина.

Почему бы спустя столько лет не вернуться к истокам и не отпраздновать мой 18-ый день рождения в образе русалочки? Тем более, мы планировали съездить к горным озерам с чистейшей бирюзовой водой…

Ну, а дальше я действовала на автопилоте, понимая, что главное не успеть передумать.